Книга Рассвет ярости и гнева, страница 210 – Мелисса Рёрих

— Каких именно? — процедил Лука.

— Спроси ее, — с жесткой усмешкой бросил Теон. — Похоже, вам двоим многое нужно обсудить.

Он схватил тарелку Луки и отвернулся, явно давая понять, что разговор окончен.

Что ж, ладно.

Если этот ублюдок хочет его выставить, Лука не станет сидеть тут в неловком молчании.

Он резко отодвинул табурет, и тот проскрежетал по кухонному полу. Теон пробурчал что-то про «драконьи истерики» и хмыкнул, когда Лука тихо зарычал себе под нос. Но уже у самого выхода из кухни Теон окликнул его по имени.

Лука замер, не оборачиваясь, но полностью застыв.

— Не то чтобы это имело значение, но если вдруг имеет: знай, что я согласился на ее условия, — сказал Теон. — Мне просто нужно, чтобы ты это знал.

Лука не стал спрашивать, что он имеет в виду. Может, это и правда не имело значения. Может, его слова уже ничего не меняли теперь, когда Теон получил то, к чему так долго стремился. Лука не удивился, но… чувствовал что-то. Его дракон встрепенулся, будто пытался метаться в его душе при мысли, что кто-то другой получил то, что Лука считал своим. И пусть Лука был безмерно рад снова ощущать своего дракона, сейчас было не время позволять ему диктовать поступки.

Поднимаясь по лестнице, он даже не подумал постучать, когда подошел к двери комнаты Теона. Она склонилась над чем-то на маленьком диване и выпрямилась, услышав звук открывающейся двери.

Ее фиолетовые глаза широко распахнулись, изучая его с головы до ног, прежде чем она вернулась к своему занятию.

— Прости, — тихо пробормотала она. — Я хотела уйти до того, как ты вернешься.

Дверь щелкнула, закрываясь за ним, и Лука скрестил руки на груди.

— Что значит «уйти»?

Она собирала вещи.

Вот что она делала.

Складывала всякую мелочь в небольшую сумку.

— Элиза и Разик живут в комнате напротив. Это ведь твоя комната, да? Они там остановились. Аксель и Кэт наверху. Тебе нужна комната…

— Она нужна и тебе, — перебил он.

— Мне не нужна комната, — ответила она. — Я могу спать и на диване.

— Сомневаюсь, что твой муж позволит такое, — бросил он, и да, в этом слове прозвучала горечь.

Тесса на мгновение застыла, медленно опустила вещи, которые держала, и повернулась к нему лицом.

— Он уже рассказал тебе?

— Слава богам, что рассказал. Иначе ты бы, наверное, скрывала это от меня месяцами.

Она опустила глаза в пол. Боги. Он вел себя как последний мудак, но он все еще был на нее зол.

Лука больше ничего не сказал, просто смотрел, как она мучается, пытаясь сообразить, что делать. Наконец она снова повернулась к дивану и продолжила собирать эту гребенную сумку.

— Мне нужно забрать еще пару вещей, и я освобожу твое пространство, — сказала она.

— Это комната Теона.

— Но ты еще не до конца оправился, и теперь, когда ты очнулся, я не буду…

Лука бросил взгляд на кресло, где она спала, потом снова на нее.

— Ты спала там все эти три недели?

— Прости, что спала, когда ты проснулся, — ответила она. — Я не хотела.

— Я не об этом спрашивал.

Она наконец застегнула сумку, подняла ее на плечо и снова повернулась к нему.

— Да, спала. Мне просто нужно было видеть…

— Видеть что, Тесса? — резко спросил он.

— Мне нужно было смотреть, как поднимается и опускается твоя грудь, потому что какое-то время она не двигалась, Лука, — ее голос дрогнул, а в глазах уже стояли слезы. — Ты не двигался, твое сердце не билось, и мне нужно было дождаться момента, когда ты проснешься. Пусть я его и пропустила, но мне было нужно …