Книга Рассвет ярости и гнева, страница 149 – Мелисса Рёрих

Даже если бы он еще не принадлежал ей безвозвратно, эти слова добили бы его окончательно. Он бы упал перед ней на колени. Полз бы к ней. Отдал бы свое королевство, этот мир, саму свою душу — все ради нее. И ему нужно было, чтобы она поняла это, чтобы осознала всю глубину его преданности.

Несмотря на всю резкость только что пережитых мгновений, он бережно опустил ее на край кровати и склонился над ней. Лоб к ее лбу. Точно, как в ее снах. Она подняла дрожащую руку и запустила пальцы в его волосы.

— Ты говорил это в моих снах. Но мне нужно знать…

— Твой, Тесса. Только и исключительно твой. Тебе никогда не придется в этом сомневаться, — произнес он прежде, поцеловать ее.

Он пытался быть мягким, осторожным, но это было не про них.

Никогда не было.

Ее губы раскрылись шире, и он воспользовался этим. Язык скользнул в горячий шелк ее рта, и он застонал, когда она прикусила его нижнюю губу. Ее спина выгнулась, желание было почти осязаемым, и он никогда не стал бы ей отказывать. Он накрыл ладонью ее грудь поверх рубашки и только тогда заметил, во что она одета.

— Это его вещь? — спросил он, отстраняясь, чтобы взглянуть на черную рубашку на пуговицах.

— От нее пахнет им. Это последняя из его рубашек, — выдохнула она. — Я бы нашла способ стащить одну твою. В ней кошмары переносятся легче.

— Ты не одна, Тесса. Больше никогда. Клянусь.

Она кивнула, но в этом движении сквозила неуверенность.

— Как мне доказать это?

— Не знаю, — прошептала она. — Сейчас столько всего неизвестно. Я все пытаюсь изменить судьбу, а ничего не выходит. Ничего не работает. Я сломана, и мы все сломаны. А что, если именно так и должно быть?

— Я отказываюсь в это верить, — горячо возразил он. — Если Судьбы этого хотят, пусть идут на хуй!

— Я говорила с Серафиной, и она сказала…

— Ты говорила с Серафиной? С богиней Серафиной? — перебил он, не в силах сдержаться.

Она посмотрела на него с любопытством, а потом уголок ее губ дернулся в легкой ухмылке.

— Ревнуешь? — поддразнила она.

— Да, блядь, ревную, — признался он, снова накрывая ладонью ее грудь. — Что она тебе сказала?

Тесса резко втянула воздух, и взгляд ее начал затуманиваться от желания.

— Она сказала… — начала она, но осеклась, когда он принялся ласкать ее сосок сквозь ткань рубашки.

— Что она сказала, Тесса?

— Я спросила ее, почему она выбрала Ариуса, а не Ахаза, — снова выдохнула она.

Теон глухо промычал что-то, прижимаясь губами к ее шее.

— И что она ответила? — пробормотал он, касаясь ее кожи, прежде чем прильнуть к ней крепче.

Тесса застонала, пальцы сильнее вцепились в его волосы.

— Она рассказала мне то, чего не сказал ты, — произнесла она, и он прикусил ее нежную кожу, зарычав от этих слов. — Или то, что ты знал, но не осознавал, что знаешь, — поспешно поправилась она, судорожно втягивая воздух.

Он отстранился, ее рука выскользнула из его волос, когда пришло понимание:

— Она рассказала тебе о генезисной связи.

— Не называла именно так, но да, — ответила она, дыхание ее было сбивчивым. — Но ты мне не рассказал.

— Я понял это незадолго до того, как тебя бросили в ту камеру, но… Тесса, я не хотел, чтобы на тебя наложили еще одну связь. Не хотел, если ты этого не желаешь. Не хотел давить на тебя этим.

Ее взгляд опустился на собственные стиснутые пальцы, теребившие друг друга на коленях.