Книга Ресторанчик «Тыквенный фонарь», страница 30 – Анна Кейв

Десятилетняя Аманда тогда молча кивнула, не до конца понимая, почему должна быть осторожной. Что ей угрожало? Возможно, даже Шарлотта этого не знала, лишь предчувствовала беду.

Но что бы ни думала Элинор, Аманда и Крис не собирались мириться с ее правилами. В детстве они старались избегать встречи с Элинор, наизусть выучив ее привычки и распорядок дня, который она не предавала. Друзья всегда выбирали для прогулок такие маршруты, чтобы не пересечься с Элинор, и избегали проходить мимо антикварной лавки. Чтобы добраться до «Тыквенного фонаря», им приходилось делать крюк и тратить лишние полчаса на дорогу.

Прошли годы, и Крис с Амандой больше не были детьми, которых Элинор могла запугать или пристыдить. Они перестали избегать ее и больше не скрывали свою дружбу, решив, что прятаться – глупо. Элинор же, впервые за долгие годы увидев своего внука в обществе младшей Фелтрам, лишь сощурилась и презрительно проскрипела:

— Я всегда знала, что ты якшаешься с этой.

Крис не боялся потерять бабушкино доверие – оно давно было утрачено. Не боялся потерять коттедж и «Ларец реликвий», потому что юношеский максимализм твердил, что он преодолеет все жизненные трудности, даже лишившись наследства. Но Крис не хотел потерять Аманду. Поэтому раз за разом шел наперекор бабушке, отстаивая свои принципы и дружбу.

Вот и сейчас Крис снова нарушил одно из бабушкиных правил, приведя в антикварную лавку одну из Фелтрамов.

Последнюю из Фелтрамов.

Зайдя внутрь лавки, Аманда мысленно поблагодарила Элинор за ее чопорность, которая не позволяла старушке повесить при входе музыку ветра. Внутри лавки царила почти гробовая тишина. Даже старинные часы, расставленные и развешанные тут и там, не тикали. Словно и они испытывали испуганное благоговение перед своей мрачной владелицей.

Аманда втянула носом запах старых книг и пыльных гобеленов. Воздух здесь был плотным и затхлым, будто Элинор никогда не открывала окно.

Она не удержалась и скользнула заинтересованным взглядам по полкам. На них теснились керамические статуэтки и фарфоровые куклы, бронзовые канделябры и держатели для книг.

В стеклянных витринах были собраны сервизы из китайского фарфора. Некоторые из них были полные, в некоторых не хватало чашек или блюдец. Там же были разложены серебряные и мельхиоровые^[15] столовые приборы, блюда и подносы. В соседней витрине Аманда нашла медали и нашивки, коллекционные монеты, а напротив за стеклом хранились старинные ключи, амбарные замки и даже щеколды ручной работы. Казалось, раньше люди старались увидеть красоту во всем.

Подняв глаза, уже привыкшие к полумраку, Аманда рассмотрела картины и гравюры, развешанные на стенах, рекламные плакаты и театральные афиши из прошлых столетий, карты, документы, письма и даже автографы в рамках. Возможно, в лавку специально не запускали лишний свет, чтобы и без того старые, изувеченные временем вещицы не выцвели еще сильнее.

За что уважали и ценили суровую Элинор Дейкворт, так за ведение бизнеса. В ее лавку гости приезжали не только из других городов и графств, но и прилетали из других стран, чтобы стать владельцем какой-нибудь диковины, которую, несомненно, можно было найти в мрачном «Ларце реликвий».

Сосредоточенный взгляд Криса был устремлен в глубь коридора, в конце которого находилась лестница на второй этаж. Аманда знала, что друг ненавидит это место, но все же глубоко внутри в нем теплилась надежда, что когда-нибудь «Ларец реликвий» станет светлым уютным магазинчиком, а дом избавится от ядовитой ненависти, что въелась в стены.