Книга Вера стада, страница 108 – Джеймс С. А. Кори

— Вот! – сказал Ваудаи после третьего включения. – Видите вы оболочку?

— Нет, – признался Кампар.

Светящееся изображение между шестами сместилось, попеременно окрасилось во все радужные цвета и снова застыло. Некоторые стены загорелись ярко-голубым.

— Это те места, где защита выдержала. А это – те, где она отказала. Сопоставив это с записью сражения, я установлю, какие атаки опаснее всего для вражеского командования.

— Карриксы будут довольны, – сказал Кампар.

— Да, они тоже. Но главное – я буду знать. Я узнаю первым! Великий восторг. Теперь сюда. Вниз.

Пролетая по ужасающе пустым коридорам, Гхати держался за руку Кампара, но тот ощущал не ее саму, а нажим и намерение. Сосисочная шкурка, не позволявшая вакууму их прикончить, в то же время отнимала все ощущения – чувствовалась лишь влага пота внутри оболочки.

Казалось, они провели долгие дни (на самом деле – несколько часов), устанавливая шесты там, куда указывал Ваудаи, и проникая то сквозь стены, то сквозь потолки и полы. Сканер обнажал внутреннюю структуру корабля. Кампар дважды замечал бугорки неправильной формы – может быть, тела мертвых врагов, – но в комнатах, где они побывали, их не попадалось, а Ваудаи, радуясь возможности что-нибудь изучить, не желал отвлекаться от составляемой ими схемы корабля. Кампар почти забыл о необходимости брать пробы с мертвецов, когда они нашли первый труп.

Они уже подходили к корме мертвого корабля. Тело было привязано к кольцу рядом с широкой металлической дверью. Оно обуглилось и из-за сокращения связок приняло почти зародышевую позу. С лица сошла кожа, в глазницах виднелись сморщенные, плоские кружки – остатки того, что было в них прежде.

— Это же… Это человек? – тихо шепнул Гхати.

Кампар подтянулся на боковом трапе и осмотрел тело вблизи. На нем было что-то вроде военной формы. Пять пальцев на руке, большой противостоит остальным. Челюсть подходящей формы, и все же…

— Не знаю, – прошептал он, открывая набор для взятия образцов. – Похоже, но внешность бывает обманчивой. Эволюционная конвергенция. Если как следует опалить мягкого лотарка, он будет выглядеть примерно так же. Ну да ладно, нас послали именно за этим.

— Первый шест сюда, – сказал снизу Ваудаи.

— Минуту, – ответил Кампар. – Это тоже мое дело.

Переводящий полуразум изобразил слабый утомленный вздох. Кампар тончайшим лезвием срезал с мертвеца образец. Клочок плоти завис в безвоздушном пространстве, отдаляясь по мере вращения корабля, пока Кампар открывал стеклянный пузырек, чтобы загнать препарат внутрь. Потом он повернулся к месту, указанному Ваудаи, установил свою половину листа и стал ждать, пока Гхати не управится со своей.

При включении аппарат вместо вида корабельных внутренностей выдал голубую вспышку цвета защитных покрытий и погас.

— О, – проговорил Ваудаи. – Поменяйтесь местами, пожалуйста.

Кампар с Гхати сделали так, как он просил.

— Пить уже хочется, – сказал Гхати, когда экран вторично выдал голубую вспышку и больше ничего. – Долго нам еще?

— Изображения нет, – сказал Ваудаи. – Это оно. Средоточие тайны. То, что находится за этой дверью, объяснит, почему корабль отказался от самоликвидации. Надо пройти за нее.

Тряхнув шестом, Кампар двинулся к двери. До этого он почти не приглядывался к боковым дверям, и все же ему показалось, что эта прочнее других. Дверной ручки не было. Выступ рядом с трупом мог быть панелью управления, в отсутствие энергии бесполезной, как камень. Гхати заглянул сбоку.