Книга Ступень 4. Наследники демиурга, страница 134 – Юрий Киселев

За ужином Селена предложила своей сестре, принявшей ради нормальной еды человеческий облик и с аппетитом поглощавшей горячую ароматную похлёбку прямо из котелка, взять на себя заботу по обеспечению каравана свежей дичью, тем более что неожиданная охота оказалась удачной. Но Линнея шутки не поняла и, обидевшись, предложила сестре взять меч и поохотиться в лесу самой, а ей будет вполне достаточно тех запасов продовольствия, которые она взяла у караванщиков. Конец взаимной пикировке девушек положил Керт, сказав, что никого они на охоту отправлять не будут — запасов пищи хватит надолго, а при необходимости можно будет забить на еду одну из лошадей. Селена тут же добавила, что Линнею можно вообще не кормить — рурхи привыкли питаться сырым мясом, на что оскорблённая Линнея фыркнула и сказала сестре, чтобы ночью та к ней даже не подходила — греть её своим хвостом она больше не будет…

Впрочем, утром Керт, как всегда, обнаружил спящих девушек вместе. Селена уже привычно уткнулась носом в пушистый кошачий бок и укрылась длинным хвостом, а Линнея, чтобы сестре было удобнее спать, не свернулась, как все кошки, клубком, а вытянулась во весь свой немалый рост, положив голову на передние лапы. Кстати, в облике рурха она опять немного подросла в размерах.

Так прошла неделя, за которую путники изрядно сместились к северу и стали постепенно забирать к северо-западу, смещаясь к горам. За время путешествия по лесу никаких происшествий не произошло, за исключением того, что на четвёртые сутки пути на путников выскочил старый матёрый кабан — лошади в это время шли по узкой извилистой звериной тропе, вьющейся в попутном направлении и используемой местными зверями в качестве короткой дороги к водопою. Кабан или не заметил рурха, или ветер неожиданно подул с другой стороны и не оповестил секача о поджидавшей его опасности, но, оказавшись лицом к лицу, точнее, морда к морде с замершей от удивления Линнеей, от испуга жалобно хрюкнул, и, вместо того, чтобы спасаться бегством, бросился в самоубийственную атаку. Это потом уже Селена издевалась над сестрой, говоря, что на неё бросаются все, кому ни лень — и зайцы, и кабаны, а в этот момент находящейся в звериной ипостаси девушке оставалось только броситься на кабана и, повалив его на землю, впиться в покрытую жёсткой щетиной шею своими громадными клыками.

Разодрав зверю горло и с головы до кончика хвоста вымазавшись кровью, Линнея с довольным урчанием разодрала кабаний бок и стала с остервенением пожирать тушу, отрывая от неё и заглатывая, практически не жуя, исходящие паром куски окровавленного мяса. Селена хотела было возмутиться подобным непотребством, но Керт удержал поводья её лошади, тихо сказав:

— Не мешай ей. Сейчас твоя сестра, похоже, больше рурх, чем человек. Возможно, этому звериному телу нужно мясо, вот она и восполняет недостаток питательных веществ.

— А откуда ты это знаешь? — так же тихо спросила Селена.

— Не знаю — догадываюсь. Про метаморфов вообще очень мало известно, но ты же не будешь оспаривать тот факт, что рурхи — хищники, и им для жизни необходимо регулярно питаться свежим мясом?

— Но Силька ведь не рурх! Она — человек!

— Ты так в этом уверена? — скептически усмехнувшись, ответил Керт. — Посмотри на неё внимательно — где ты здесь видишь человека? Лично я вижу взрослого голодного рурха, поедающего свою законную добычу.