Книга Отпечаток на бархате, страница 32 – Карен Одден

Он запустил руку в волосы и продолжил:

— Возможно, ваша новая версия соответствует всем обстоятельствам — но не вашим впечатлениям. Вы описали миссис О’Салливан как перепуганную, но наверняка ни в чем не повинную женщину, а Дэйвида назвали приличным джентльменом. Однако давайте пока забудем об этих характеристиках.

Мне вдруг вспомнилась горячность Дэйвида Норткотта, с которой он заявил, что О’Салливан был бессердечным скотом. Но откуда бы ему знать? Когда я первый раз говорил с Дэйвидом, тот сказал, будто никогда лично не знал мистера О’Салливана. И все же, возможно, он стремился защитить Аделию от жестокого супруга. Стало быть, она ему доверилась?

Не исключено, что Дэйвид не просто использовал миссис О’Салливан в своих преступных замыслах — он ее любил.

Или я принимаю желаемое за действительное? Имею ли я моральное право судить о людях дурно?

— Я намерен сегодня допросить всех участников дела, — заявил Корраван. — Полагаю, мне лучше это сделать без вас.

— Да-да, разумеется, — ответил я. — Сможете дать мне ключ от ювелирной лавки? Вы ведь все равно будете заняты.

— У вас есть на то особые причины? — поднял бровь Корраван.

Меня снова бросило в краску.

— Просто задумался — действительно ли между миссис О’Салливан и Дэйвидом было искреннее чувство? Ежели так, вероятно, в лавке найдется какое-нибудь письмо, или, к примеру, дневник.

Корраван молча вручил мне ключ. Я поймал кэб и, когда колокола на церкви Святой Этельдреды пробили десять, очередной раз вошел в ювелирную лавку.

Оказавшись наверху, просмотрел письма на столе миссис О’Салливан. Ни одно из них не было написано Дэйвидом или Элизабет, и тем не менее я прочел все, что нашлось. Увы, никаких зацепок.

Ощупал одежду миссис О’Салливан, висящую в гардеробной, пошарил под кроватью, приподнял ковер и наконец присел около туалетного столика. Дернул ящик на себя, однако его заело. Подцепил снизу ножом, и он со скрипом выдвинулся. Я быстро понял, отчего не открывался ящик: внутрь была на силу задвинута шкатулка для драгоценностей размерами примерно три на три дюйма.

Атертон держал в лавке ящички голубого цвета с серебряной инкрустацией в виде буквы «А» на крышке, этот же был бледно-зеленым, без инициалов. Я открыл его — внутри оказалось пусто.

У меня в голове всплыл давний совет Корравана: обращайте внимание на то, чего недостает.

Я прищурился, разглядывая зеленый бархат. Повернул ящичек к свету и увидел на нем четкий отпечаток. Не круглый, как от карманных часов, но овальный. Еще у задней стенки была складка — явно место для цепочки. Вероятно, когда-то в ящичке хранили медальон. Вряд ли О’Салливан подарил бы супруге медальон, купленный в другой ювелирной лавке. Может, Дэйвид, пытаясь соблазнить чужую жену? Хотя кто сказал, что между ними не вспыхнула настоящая любовь?

Я медленно убрал ящичек в карман, вспомнив первый визит к супруге погибшего ювелира: у нее на шее висела цепочка — я рассмотрел ее под больничной рубашкой.

* * *

Наведавшись в больницу, я обнаружил миссис О’Салливан полностью одетой и готовой к выписке. Мой взгляд сразу метнулся к шее женщины, однако она была наглухо прикрыта высоким воротничком с кружевной отделкой.

— Миссис О’Салливан, у меня появилось еще несколько вопросов.

Бедная дама вдруг напомнила мне испуганного олененка — вот-вот сорвется с места. Однако она лишь вздохнула: