Книга Чёрный ратник 4, страница 74 – Макс Гато

Вскоре Ярослава посчитала, что у неё было достаточно информации, чтобы принести обратно к остальным. Пусть не непосредственное местоположение мага, но направление. А расспрашивать дальше было слишком опасно. На Ярославу и так поглядывали с подозрением и сомнением.

* * *

Иван

Жилой квартал к востоку от ручья содержал в себе ту бедность, которую едва ли пускали в город. Дома прислонялись друг к другу в поисках опоры — больше от необходимости, чем от выбора. Иначе они могли просто сложиться карточным домиком. Повсюду стояли палатки и люди зачастую располагались прямо на земле.

Из редких труб поднимался тонкий дым. Тепла едва ли хватало, чтобы как следует согреть кого-либо. Дети бегали между зданиями в одежде, слишком большой или слишком маленькой для них. Так, в обносках, переходивших через семьи, которые перестали быть в состоянии позволить себе новые вещи уже несколько месяцев назад.

Иван пришел сюда без меча, и по пути немного переоделся. Он знал, что иначе с ним никто бы и говорить не стал. Он нашёл человека, колющего дрова снаружи полуразрушенного сарая. Мужик, лет сорока, с шрамами на руках от кистей до плеч, боролся с топором. Топор знавал лучшие десятилетия, как и сам худой мужчина.

Вот только когда Иван предложил помочь, то услышал предсказуемый ответ.

— Не нуждаюсь в помощи, — сказал мужик в шрамах.

— Да мне просто скучно, — объяснил Иван.

— Денег нет, — решительно предупредил мужик. — Еды тоже.

Иван только махнул рукой, взял у него топор и расколол полено двумя чистыми ударами. Ему эта работа давалась легко. Иван, в своё время, работал и с худшими инструментами.

— Там, откуда я родом, — объяснил Иван, — дрова рубить это почти развлечение.

Мужчина молча смотрел, как Иван работал с ещё тремя поленьями, прежде чем расслабился достаточно, чтобы говорить как следует. Его звали Фома, кожевник по ремеслу до того, как война нарушила его маленькое дело вместе с мастерской. У него была жена внутри и двое детей. Он был беден еще до мятежа, а после и вовсе перебивался как мог.

— Ты не из Кривичей, — Фома не задавал вопрос, а утверждал.

Иван спорить не стал и перешел к делу:

— Ищу работу. Слышал, здесь нужны лишние руки.

— Может быть. Зависит от рук, — Фома забрал топор обратно, больше из гордости, чем по необходимости. — мои вот оказались не нужны.

Он немного помолчал.

— Держись подальше от старого кожевенного района.

— Это почему?

— Раньше посылал своего старшего туда, собирать железки со старых зданий. В том районе никто толком не работает, полно железа и меди просто валяется в руинах, — Фома поставил топор и потёр руки друг о друга, чтобы согреться. — Перестал посылать его после того, как какие-то люди прогнали его кулаками. Говорит, они были не похожи на городскую стражу. Да и стража у нас ленивая, в основном безвредная, за серебро будут смотреть куда нужно… или не смотреть вовсе.

Фома сплюнул на землю.

— Эти взяток не брали. Даже не говорили почти. Просто поставили синяк и прогнали так, чтоб больше не возвращался.

— Как они выглядели? — спросил Иван.

Фома задумался. Как-будто пытался вспомнить детали, которые он не считал важными в то время.

— Хрен его знает. Не мятежная форма, сын бы узнал. Да и я ходил разбираться, — вздохнул Фома, — но без толку. Но двигались как солдаты. Я их выправку за версту чую.