Книга Искатель, 2012 № 12, страница 49 – Василий Ворон, Журнал «Искатель», Татьяна Косова, и др.

— Где достал? Да, по-видимому, там же, где и убивать так научился! Вчера уже приезжали из «конторы»... Помощь нам оказывать в расследовании этого мутного дела! Так что мути там теперь будет... — Следователь ухмыльнулся и, пошмыгав заложенным носом, сказал: — По всему видать, заберут у нас это дело... Ну да баба с возу — кобыле легче! Один только Бекетов со своими дружками чего стоит... Уже пошли звонки отовсюду! Давайте, ребята, заканчивайте побыстрее! Сейчас сюда прокурор города лично приедет. Тогда уже черта с два поработаешь! — следак обернулся к ковырявшим паркет оперативникам.

— Документов, говоришь, никаких при нем не нашли? — он тронул носком туфли скатанный в угол комнаты дешевый старый палас.

— Документов при нем никаких не было. Да и в квартире тоже — ни одной бумажки! Обычно всегда бывают какие-нибудь там квитанции, старые счета, письма... Тут ничего! В карманах только пара пустых магазинов к «валу»... — эксперт кивнул в сторону мирно лежащего на столе пистолета. — Ну, это так еще ствол этот называется... Да пачка денег, в нашей и американской валюте. А вот еще интересная вещь! — он взял в руки и показал следователю небольшой осколок камня, на котором под прямым углом сходились две гладко отполированные грани.

— Это что еще за хрень?! — следак разглядывал зернистую поверхность скола.

— Да просто осколок черного гранита. Киллер этот... а я абсолютно уверен, что это и есть тот, кого мы искали... киллер этот таскал его с собой в кармане в специальном кожаном мешочке. Долго таскал, судя по тому, как кожа на кисете износилась!

— Талисман, что ли, какой?

— Видимо, вроде того... Люди подобных профессий, как это ни странно, часто бывают суеверны. Слишком от многих случайностей зависит их жизнь! Вот и носят с собой кто пули какие памятные, кто гильзы... Ну а наш, судя по всему, на камешек этот полагался...

— Это зацепка! Если он с собой его все время носил, то кто-то мог видеть этот камень... А с чего это полы в комнате мокрые, словно их специально к нашему приходу помыли? — Хмурый следак посмотрел на часы. — На твоих сколько? Черт его знает, что с ними делается... За сутки минут на десять отставать стали.

— Сейчас ровно тринадцать минут восьмого! А полы мокрые... Пистолет этот гильзу метров этак на пятнадцать выбрасывает! А гильза у спецпатрона тяжелая — вот она стекло в аквариуме и разбила. Вода через трещину вытекла на голову соседям, ну те и... А то бы он тут до второго пришествия лежал, пока все вокруг вконец не провонял! Квартирка-то та еще! Никаких следов того, чтобы в ней жили... Ни продуктов, ни даже белья постельного! Зато оружия... «Калашей» только пять штук изъяли, да взрывчатка еще... Похоже, и яды есть! Но это я только после экспертизы смогу точно сказать. Целый ящик каких-то пробирок и баночек! Видно, они здесь себе логово устроили и инструмент свой хранили... Ага! Прокурор прибыл по нашу душу. Встречайте, Иван Андреевич! Там с ним еще две машины... — эксперт, отодвинув тяжелую штору, выглянул в окно.

Причудливо преломляясь и кривясь, отражаясь в многочисленных гранях толстого, наверное, еще венецианской работы стекла, тяжелый медный маятник равнодушно и мерно качался из стороны в сторону, отсчитывая секунды, минуты, года. Старинные напольные часы в массивном корпусе из темного от времени дерева, давным-давно вросшие в угол кабинета, казалось, символизировали собой само Время, навсегда застывшее в этих стенах. В глубине механизма что-то щелкнуло, большая, с длинным острым пером стрелка разом перескочила на новое место, и часы издали короткий мелодичный звон. И снова наступила почти звенящая тишина, прерываемая лишь тихим шелестом перелистываемых бумаг.