Книга Тысячи осеней. Том 1, страница 416 – Мэн Сиши

По-видимому, обезьяноподобные чудовища испугались такого большого отряда и показываться пока не смели. Отряд во главе с Мужун Цинем довольно долго не встречал на своем пути никаких препятствий или угроз.

Надо сказать, на краю своей гибели Жоцян был крошечной страной, и столица ее не могла быть крупной. Следовательно, путь от городской стены на юге до северного алтаря обещал быть коротким, однако отряд шел уж слишком долго, и у некоторых ожидаемо закрались сомнения, верно ли они выбрали дорогу. Впрочем, перечить Чэнь Гуну они не смели – уж слишком велика была разница в их положении. Догадавшись, что другие не спросят, Шэнь Цяо поинтересовался:

— Нам еще долго идти?

Чэнь Гун и сам не знал в точности. В конце концов, в циских императорских покоях он видел лишь один-единственный сохранившийся кусочек карты, да и ту рисовали давно, еще во времена династии Хань.

— Должно быть, скоро придем, – без особой уверенности бросил он.

Но только эти слова прозвучали, как кто-то из отряда тихо воскликнул:

— Шестой господин пропал!

И следом раздался крик:

— Что это?!

Дабы сберечь запалы, зажигали только один, и он был у Мужун Циня. Не дожидаясь, когда тот передаст его назад, кто-то торопливо нашарил еще один за пазухой и хотел было его разжечь, но так перепугался, что тот выпал из трясущихся рук прямо под ноги.

Мужун Цин поспешил туда, где раздавались крики, и осветил землю. Как оказалось, на только что упавшем запале сидит темносерый мохнатый паук. Если не считать лапок, размером он был с ладонь взрослого мужчины. На спинке белели три пятна, напоминавшие человеческое лицо с закрытыми глазами. Когда паук шевелил лапками, эти «глаза» как будто открывались и то и дело «моргали». Никто из отряда никогда не видел подобного существа. Не сказать, что они испугались, но вид у паука был до того жуткий и тошнотворный, что у всех волосы встали дыбом.

Кто-то не выдержал и взмахнул мечом – лезвие перерубило паука пополам. И тотчас из рассеченного брюшка хлынула орда мелких паучков и поползла по ногами собравшихся.

— Шестой господин! Это шестой господин!

Кто-то разжег второй запал, и его свет выхватил из тьмы гораздо больше, чем было видно прежде. Глазам присутствующих открылось поистине жуткое зрелище: поодаль лежал мертвец в знакомой всем одежде, однако тело его всюду ссохлось и сморщилось – одна кожа да кости!

— Не дайте этим тварям добраться до кожи! – сурово рявкнул Мужун Цинь.

С этими словами он обнажил меч, засиявший от вложенной в него ци, и в несколько махов расправился с пауками, что норовили вскарабкаться на него и Чэнь Гуна, – те попадали замертво.

Но другим повезло меньше. Паучки быстро бегали, стремительно забирались по штанинам, проникали в малейшие щели и, добравшись до теплой кожи, тут же впрыскивали яд, который лишал человека всякой подвижности. Потому-то несчастные ничего не чувствовали, пока у них высасывали кровь до последней капли, и не могли издать ни звука.

В мгновение ока пали еще двое или трое бойцов. Как оказалось, это были обычные люди не из вольницы-цзянху, что не умели обращаться с ци. Чэнь Гун взял их с собой в качестве слуг на посылках. Не успев дать отпор, несчастные молча рухнули наземь – точно так же, как шестой господин.

Увидев гибель товарищей, остальные уже не допускали ни малейшей небрежности. Все схватились за мечи и принялись неустанно рубить паучков. Одна беда, те были слишком мелкими, к тому же откуда-то высыпали другие взрослые пауки. Темнота усугубляла положение путешественников. Пауки сами по себе были слишком малы, чтобы попасть по ним клинком, но ежели удавалось, из них высыпали совсем крохи, и уберечься от них, уничтожить всех подчистую, едва ли удавалось.