Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 146 – Мэн Сиши

— Как-то раз я услышала его разговор со старейшиной Чаем, – рассказывала Гу Хэнбо. – У меня сложилось впечатление, что он заранее знал исход твоего поединка с Кунье, и тогда я еще больше укрепилась в своих подозрениях: Юй Ай наверняка темнит и что-то от нас скрывает. А потом, когда стало известно, что наша школа теперь ведет дела с Тюркским каганатом, я уже не стерпела и спросила Юй Ая прямо: давно ли он якшается с тюрками и не потому ли ты рухнул в пропасть и получил столь тяжкие раны?

— Разве он признался бы?.. – покачал головой Шэнь Цяо.

— Конечно же, он не признался, – горько усмехнулась Гу Хэнбо. – Больше того, он еще и пустился меня успокаивать при всех – зато ночью пробрался ко мне в комнату и попытался напасть. К счастью, я вовремя его обнаружила, дала отпор, а потом бежала с горы.

После краткого молчания Шэнь Цяо произнес:

— Ты недурно владеешь боевыми искусствами, но Юй Аю ты не соперница. Он подмял под себя всю школу Сюаньду и, если бы захотел, вполне смог бы тебя задержать. Однако он все равно позволил тебе уйти – быть может, он предпочел закрыть на твое бегство глаза оттого, что еще не до конца позабыл нашу былую дружбу.

— Даже если и так, все равно он отравил тебя, подстроил твое падение в пропасть, из-за него ты чуть не стал калекой, не способным к боевым искусствам, – возразила Гу Хэнбо. – По-моему, столь мелкое благодеяние – все равно что кошкины слезки по мышке. Наш старший брат позабыл разницу между истиной и ложью, он добровольно решил помочь тигру в его злодеяниях, потому я не хочу больше иметь с ним ничего общего.

— А Юань Ин? – спросил Шэнь Цяо. – Что с ним?

Гу Хэнбо покачала головой:

— Перед побегом я успела написать четвертому брату письмо, где все ему рассказала, но не знаю, прочел ли он его. С тех пор как я оставила школу, я о нем ничего не слышала.

Пока они беседовали, на площадке уже прошло немало поединков. Несмотря на свою гордыню, третий господин Ван и впрямь оказался восходящей звездой молодого поколения: одолев Чжоу Есюэ, он одержал подряд еще несколько побед, и даже Су Цяо уступил ему, пусть и на один-единственный шаг. Вскорости стало ясно, что из всех сражающихся он пока что сильнейший.

Гу Хэнбо то и дело поглядывала на площадку и вдруг сказала:

— Когда в горах нет тигра, и обезьяна мнит себя властительницей. Пойду-ка сражусь с ним!

Сказано – сделано, не успел Шэнь Цяо остановить ее, как девушка уже была на площадке.

Неожиданное появление ослепительной красавицы привлекло всеобщее внимание, и даже всегда надменный третий господин Ван как будто смутился в присутствии Гу Хэнбо и повел себя с учтивостью, подобающей отпрыску благородной семьи:

— Мечи слепы, боюсь, как бы ненароком не ранить сию фею. Быть может, лучше нам протянуть друг другу руки да разойтись с миром?

— Выходит, господин, вы явились сюда не ради того, чтобы отточить мастерство, а лишь затем, чтобы польстить одним и приосаниться перед другими? – невозмутимо поинтересовалась Гу Хэнбо.

Третий господин Ван никак не ожидал от прелестной девушки таких колкостей. Самолюбие его было задето.

— Вовсе нет! – возмутился он.

— Тогда прошу! – Гу Хэнбо обнажила меч.

Увидев, как они сражаются, Чжао Чиин сперва ахнула в восхищении, но потом сообразила, что другого и не следовало ожидать: