Книга Несравненный. Том 1, страница 225 – Мэн Сиши

— И наутро Черчен станет зваться городом Син, – произнес сидевший чуть поодаль буддийский монах в белых одеяниях. Замечание его прозвучало как поздравление или похвала, однако держался монах просто – ни тени надменности, ни намека на заискивание.

Син Мао рассмеялся:

— Заранее благодарю вас, господин Юй, за добрые слова!

Ночь выдалась темная: луна скрылась за черными тучами, однако ни дождь, ни буря так и не начались. Даже ветер не завывал, словно затаившись, и люди в домах все ворочались, не в силах уснуть из-за нестерпимой духоты.

Дуань Циху тоже не спал.

Женщин и детей он заблаговременно отправил во внутренний двор, а сам остался в одиночестве в главном зале. Усадьбу он велел оцепить плотным кольцом: пусть снаружи особняк Дуань ничем не отличался от прочих богатых домов, охранялся он гораздо строже.

Дуань Циху то и дело постукивал скрюченным пальцем по столу. Он ждал.

Ждал отчета управляющего Линя о нападении пятидесяти храбрецов на семейство Син. Ждал, посмеет ли вновь явиться тот дерзкий «призрак». Ждал, как решится его судьба.

На самом деле личной вражды между Дуань Циху и Син Мао никогда не было. Просто, как известно, на одной горе двум тиграм не жить, и оба они понимали: рано или поздно в Черчене останется лишь один правитель. Все эти годы и тот, и другой копили силы, выжидая удачный миг, чтобы нанести смертельный удар.

И теперь из-за случившегося на торжестве Дуань Циху почуял угрозу. Он понял, что не хочет больше тянуть время: Син Мао необходимо устранить, и как можно скорее.

В долгую ночь и снов снится больше. Положение Дуань Циху в любую секунду могло ухудшиться, а потому он был уверен – чем раньше нанесет удар, тем лучше. Вместо того, чтобы покорно сидеть и ждать смерти, куда выгоднее опередить соперника, ведь побеждает тот, кто нападает первым. Этой ночью все разрешится. Станет ясно, чем обернется принятое им решение: успехом или неудачей.

Он велел слуге взглянуть на песочные часы. Близился час Крысы. Прошлой ночью призрак явился примерно в это время, нынешней же… Дуань Циху мрачно усмехнулся.

По всей усадьбе горели фонари, в каждом углу стояла стража: он не верил, что появления призрака и на этот раз никто не заметит.

Вдруг порыв ледяного ветра ворвался в главный зал, принеся с собой сухие листья и опавшие лепестки. Замогильный холод вмиг пробрал всех до костей, стражник у дверей невольно чихнул.

Фонари закачались, свечи моргнули и потухли. Кругом воцарилась кромешная тьма.

— А-а-а!

Крик раздался в северо-восточной части усадьбы, со стороны галереи на заднем дворе, – как раз там, где собрались женщины с детьми.

Полный ужаса голос был знаком Дуань Циху – то кричала его дочь, только-только вошедшая в возраст. Мужчина резко вскочил, одним прыжком вылетел из зала и бросился на крик. И как нарочно, куда бы он ни сворачивал, фонари один за другим гасли прямо у него над головой.

— Что происходит?!

— Там кто-то есть!

То здесь, то там раздавались встревоженные возгласы стражи, но все они лишь слышали завывания ветра и никак не могли понять, где же все-таки скрывается невидимый враг.

А ветер выл повсюду, и в звуках этих будто угадывался чей-то шепот. Он доносился со всех сторон разом.

— Дуань Циху… Кровь за кровь…

Многим вспомнились россказни о появлении призрака прошлой ночью и бродившие по городу слухи о рыдающем мстительном духе. От страха у всех кровь стыла в жилах.