Книга Несравненный. Том 1, страница 214 – Мэн Сиши

Фэн Сяо испуганно вцепился в рукав Цуй Буцюя:

— Господин мой, даже его превосходительство не обошла стороной нечистая сила! А вдруг этой ночью мы снова столкнемся с призраком? Пожалуйста, пожалуйста, давай переберемся на другой постоялый двор?

— Так вот почему перед выходом гадание показало мне «великое несчастье», – строго проговорил Вестник. – И похоже, то было предзнаменование не просто беды, а города десяти тысяч рыдающих призраков!

От одного названия Гао И сделалось не по себе.

— Что такое город десяти тысяч рыдающих призраков? – поспешно уточнил он.

— Если двадцать лет назад здесь и правда свершилась величайшая несправедливость, выходит, тогда в Черчене еще не было императорского наместника, – вместо ответа продолжил Цуй Буцюй. – А значит, несчастному некуда было пожаловаться. Со временем обида все множилась и множилась и теперь накрепко пристала к Дуань Циху. Мы и сами на вчерашнем торжестве подцепили часть этой застарелой злобы и оттого теперь тоже видим и слышим призрака.

— Отчего ж тогда этот дух не явился к своему обидчику? Всякому известно, что спрашивать надобно с того, кто провинился! – возмутился Гао И. – Хочет отомстить – пусть ищет своего врага, мы-то тут при чем! Какой неразумный призрак!

— Господин мой, – подхватил Фэн Сяо, не забывая свою роль, – с ваших слов выходит, что дальше будет только хуже?

— Разумеется, – согласился Цуй Буцюй. – Если все обстоятельства случившегося тогда не прояснятся, то обида и негодование будут расти день ото дня. Прошлой ночью не только вы, ваше превосходительство, но и весь постоялый двор, где мы остановились, слышал сии причитания. Коли так пойдет и дальше, боюсь, призрака повстречает слишком много людей, а такое не пройдет для несчастных бесследно. Так и образуются города десяти тысяч рыдающих призраков.

Гао И, как и ожидалось, принял все сказанное близко к сердцу.

— А что значит «не пройдет бесследно»? – продолжил допытываться он.

— В лучшем случае им изменит удача и во всем будет преследовать лишь невезение, – принялся объяснять Цуй Буцюй. – В худшем же злой дух может привязаться к человеку, и тогда рассудок его помутится. Купцы непременно прогорят, а чиновники – потеряют должность.

— Господин мой, – вскричал Фэн Сяо, – выходит, и нас впереди ждут одни несчастья? Но мы-то кого чем обидели?! Мы здесь проездом! Давайте поскорее уедем отсюда, мы не местные, а те, кто не может покинуть город, пусть пеняют на себя и сами расхлебывают свое невезение!

Гао И оцепенел.

— Прошу вас, – не выходил из образа второй господин, – сей ничтожной до смерти страшно! А что, если этой ночью я проснусь, поверну голову, а на соседней подушке окажется призрак?!

Гао И всего перекосило от ужаса.

Цуй Буцюй украдкой бросил на Фэн Сяо красноречивый взгляд, мол, хватит уже, не перегибай палку: будешь и дальше подливать масла в огонь – переборщишь.

Фэн Сяо не менее выразительно взглянул на него в ответ: только посмотри, как Гао И струхнул. Еще пара слов – и он сегодня точно уснуть не сможет.

Пока они так переглядывались, уездный глава раздумывал над их словами, и, хотя некоторые сомнения у него все же остались, по большей части он уверился, что все и есть так, как поведал господин, назвавшийся племянником правителя Куча.

Будь на его месте Дуань Циху, простолюдин из захолустья, поднявшийся с самых низов, тот бы, пожалуй, отнесся к рассказу странной парочки с большим подозрением. Но Гао И давно во всем полагался на гадания и слепо верил всему, о чем предупреждали знаки: удача или невезение – неважно. О том знал каждый житель Черчена: их никчемный уездный глава и шагу ступить не может без того, чтобы не погадать, а если ему выпадет «великое несчастье», то он в этот день и за порог-то не выйдет. А на сей раз все оказалось и того хуже: он сам воочию увидел призрака, а нечистая сила стенала и рыдала всю ночь напролет. Теперь же Гао И наслушался еще и страшных россказней от загадочных посетителей – немудрено, что мысли у него путались.