Книга Несравненный. Том 1, страница 118 – Мэн Сиши

— Где подарок? – Цуй Буцюй требовательно протянул руку.

— Что? – растерялся юноша.

— Ты явился просить помощи и пришел ни с чем? – лениво осведомился Цуй Буцюй. – Значит, так чертог Явленных Мечей соблюдает правила приличия?

«А ты-то откуда знаешь, что я пришел за помощью?!» – подумал Пэй Цзинчжэ, но вовремя прикусил язык и с улыбкой ответил:

— Отчего же? Мой господин знает, что вы нездоровы, к тому же вам пришлось вынести столько тягот, вот он и рассудил, что вы наверняка еще не встаете с постели, и послал меня вас проведать. Подарок я уже отдал вашей прислуге.

— Я устал, проводите гостя, – распорядился Цуй Буцюй. Тратить время на пустые разговоры ему не хотелось, и он снова лег, повернувшись к Пэй Цзинчжэ спиной.

Юноша хотел было подойти к Вестнику, но тотчас поднялся Чжансунь Бодхи и, шагнув вперед, преградил ему путь.

— Я… действительно пришел с просьбой, – собравшись с духом, признался Пэй Цзинчжэ.

— Ты пришел с просьбой сам или от Фэн Сяо? – холодно уточнила Цяо Сянь.

— А есть разница? – ответил вопросом на вопрос юноша.

— Огромная, – сказала Цяо Сянь.

Она намекала на то, что Пэй Цзинчжэ был для них попросту пустым местом, и если тот явился сам, а не от второго господина, то его немедленно следовало выпроводить восвояси.

Про себя юноша застонал от бессилия: в окружении людей из управы Левой Луны он чувствовал себя все равно что беззащитный ягненок среди матерых волков. Так вот почему перед тем, как отправить его сюда, Фэн Сяо велел говорить только чистую правду и ничего не утаивать: видно, господин знал наперед, что его подручный далеко не ровня местным служащим. Осознав это, он в глубине души возмутился, но деваться все равно уже было некуда.

— По правде говоря, меня послал господин, – признался наконец он.

Цуй Буцюй к нему даже не повернулся: так и остался лежать на боку спиной к гостю, и тому ничего не оставалось, кроме как продолжать.

— Мой господин просит Вестника Цуя поучаствовать в расследовании несчастья, постигшего семейство Лу, и помочь отыскать сообщника Цинь Мяоюй.

— Так где же подарок? – откликнулся Цуй Буцюй.

Пэй Цзинчжэ вдруг осенило. Он понял, о каком подарке идет речь: если ты просишь кого-то помочь, то должен расплатиться за услугу.

— Господин сказал, что на сей раз готов разделить славу с вами, – ответил он. – Когда дело будет раскрыто и господин подаст доклад государю, то особо отметит, что во время расследования в значительной мере опирался на помощь управы Левой Луны, и попросит императора наградить вас по заслугам.

Разумеется, сам Фэн Сяо был далеко не столь учтив – отдавая распоряжение своему подручному, он сидел, закинув ногу на ногу, а под конец и вовсе небрежно заметил: «Разве я похож на того, кто останется в убытке? Сегодня я поделюсь с ним славой, а завтра взыщу с него долг. Так что ступай смело – если запросит непомерную цену, я потом стребую с лихвой».

Дословно эти речи звучали так, словно Фэн Сяо вел с Цуй Буцюем перебранку, и Пэй Цзинчжэ пришлось немного приукрасить слова начальника.

Вестник в ответ насмешливо хмыкнул:

— Он не стал бы так любезно выражаться. Наверняка сказал тебе что-то вроде: «Посмотри, чего захочет Цуй Буцюй, прежде чем соизволит помочь. Если пожадничает, я заставлю его выплатить в несколько раз больше запрошенного».