Книга Господин прокурор, страница 95 – Катерина Траум

— Со мной, мисс Эванс. Не отставайте… и запишите слова свидетеля.

Пейдж с облегчением расслабила плечи, тенью скользнув за его худощавой фигурой. Киллиан и Леонардо отошли в сторонку, где за общим гулом толпы и криками констеблей можно было надеяться на хотя бы минимальную приватность разговора. Дон очевидно был на пределе терпения и зло жевал кончик зажженной сигареты, распространяя удушливый дым. Рукава его идеального молочного пиджака были запачканы кровью.

— Они заплатят, – первое, что процедил Соланес, сверкая злыми глазами. – Ты знаешь, кто это сделал, Лэйк: надушенные culone^[41] все-таки решили отомстить за Комптона. Кретины! Значит, это они сорвали дело, сами!

— За каким чертом было держать Сервантеса в плену две недели? – Резонный вопрос Киллиана слегка поумерил пыл Лео. – Послушай, только не горячись. Не делай резких движений. Я вижу теперь все только так: тебя и Лигу пытаются вывести на арену, как ваших гладиаторов. Провоцируют, подбрасывая эти трупы по разным углам ринга. Чтобы в итоге вы вцепились друг другу в глотки. Расчищают город сразу от двух сильнейших каст.

Леонардо крепко затянулся и кинул окурок себе под ноги, тут же растерев его лаковой туфлей. На Киллиана он смотрел задумчиво, взвешивая его слова, но затем сурово поджал полные губы:

— Хочешь заставить меня поверить, что есть третья сторона… А правда в том, что теперь, когда этот труп раскидали по моему порогу, у меня нет выбора. Мои люди не потерпят такого унижения. Я не потерплю. Мы все знаем, кто тут замешан и чья кровь должна омыть эти ступени, чтобы больше никто не смел…

— Дай мне еще немного времени, – перебил его гневную тираду Киллиан. – Твоя вендетта подождет. Пострадают невиновные… А еще я очень не хочу выдвигать тебе обвинение за резню кучи аристократов. Не ставь нас на разные стороны баррикад, ведь тогда мне придется идти до конца. – Он чуть изменил тон на угрожающий, но в то же время оставался холодно-уважительным.

— Ты что, хочешь, чтобы я дождался, пока мне на голову сбросят еще и порубленного Мокрого Билли?! – повысил голос Лео, от переизбытка возмущения вскинув руки. – Нет, прокурор! Шутки кончились! От меня ждут приказа, и недолго мне оставаться доном, если я его не отдам!

— Неделю. Дай мне неделю.

Леонардо запыхтел, бросил на Киллиана раздраженный взгляд и скрипнул зубами. Оглянулся на ожидающих его капо, которые мрачно взирали на обрубки тела их собрата, и прошипел:

— Неделя. И больше я ждать не стану. Вздерни того, кто это сделал, прокурор Лэйк, или затягивать удавки начну уже я.

Киллиан кивнул и со стуком трости о дорогу уже двинулся было в сторону, чтобы вернуться к рутинной работе, но замешкался и приглушил голос.

— Не верь Верджину, – нехотя бросил он, словно делая великое одолжение дону.

— Адвокатишке? – удивленно поднял бровь Лео. – Ты что-то о нем знаешь?

— Знаю, что ему нельзя верить, только и всего, – расплывчато обозначил Киллиан. – Найми другого.

— Понял тебя, прокурор, – хмуро сунул руки в карманы брюк Лео, проводив его долгим взглядом, пока не то соперник, не то почти друг, прихрамывая, шагал к ожидавшим его констеблям.

Возиться с новым телом пришлось до глубокой темноты. Пейдж сбилась со счета, сколько раз за день принесла Киллиану кофе, сколько протоколов оформила и как часто бегала в морг для новых вопросов коронерам. Хуже утомительной работы было пульсирующее в затылке понимание: показательное и отсроченное убийство капо призвано взбесить Леонардо, спровоцировать его на решительные и кровавые расправы. А значит, кто-то и впрямь стравливал Лигу и Соланесов, ведь аристократы уверены, что это мафия убила Комптона, а Лео – что те отомстили, растерзав Сервантеса… Как все кошмарно запуталось. Будто над городом нависла невидимая удавка, концы которой таинственный кукловод тянул в разные стороны.