Книга Прощу твою жестокость, страница 53 – Анастасия Долгих

Обнимаю Аню. Чувствую, как ровно и сильно бьётся её сердце.

— Мы уже семья, Анют. Просто она станет на одного человечка больше.

На следующий день садимся за стол с блокнотом и ручкой. Список дел выглядит внушительно: анализы, консультации, подготовка к госпитализации. Но… теперь это не пугающая череда неизвестности, а чёткий маршрут. Каждый пункт кажется небольшим кирпичиком в фундаменте нашего совместного будущего.

То, что мы его чуть не лишились, теперь кажется просто моментом помешательства. Хорошо, что Ане хватило здравого смысла вернуться, мне — мозгов, чтобы понять её страхи, принять и поддержать

Она выписывает всё аккуратно, подчёркивает важные даты, потом поднимает голову от блокнота и говорит:

— А знаешь, что самое странное? Я вдруг поняла, что… готова. Не просто хочу, а именно готова к тому, чтобы стать мамой. К тому, чтобы мы вместе…

Она замолкает от переполняющих её чувств. Я киваю, не в силах подобрать подходящих слов, потому что давно ощущаю то же самое.

Пока Аню оперируют, жду в коридоре больницы. Подшучивал над ней, но сам сейчас был не в лучшем состоянии. Меня колотило изнутри от страха за неё.

Время тянется бесконечно.

Когда из операционной выходит врач, срываюсь с места и подбегаю с вопросом:

— Как она?

— Всё прошло отлично. Киста удалена, никаких осложнений. Аня уже в палате, приходит в себя, — отвечает женщина с улыбкой.

— Когда к ней можно будет зайти?

— Я бы рекомендовала навестить её завтра. Сейчас она ещё не отошла от наркоза, — мягко говорит врач.

— А я не могу подождать, пока она очнётся? — прошу тихо.

— Можете, но вам тоже нужен отдых. Впрочем, прямого запрета на это нет, — отвечает врач и уходит.

Быстрым шагом иду к Ане в палату. Когда открываю двери, замираю на пороге. Она кажется такой хрупкой и бледной на больничной кровати.

Тихо прохожу внутрь. Прикрываю двери. Сажусь на стул рядом. Осторожно касаюсь её руки.

— Всё хорошо, Анют. Я рядом, — шепчу губами.

Пока она спит, пишу сообщения для её мамы и Алины, чтобы сообщить им радостные новости.

Аня просыпается к вечеру. Когда её пальцы начинают слабо подрагивать под моей ладонью, тут же отбрасываю телефон в сторону и сосредотачиваю внимание на ней.

— Ник? — удивляется она, фокусируя взгляд. — Ты тут?

Её голос звучит хрипло. Слабо улыбаюсь, чуть крепче сжимая её ладонь.

— Ну а где же мне ещё быть?

Аня

После операции и последовавших за ней положительных прогнозов у меня на душе стало легче, а вот Ник нервничал. Первую неделю после выписки было ощущение, что он даже дышать на меня боится.

Всё делал сам: забрал мои вещи у Алины, загрузил их в багажник машины, потом притащил домой, расставил. Справился за три подхода. Сам делал уборку, готовил… когда на руках относил в ванную, было сначала приятно, а потом всерьёз начала беспокоиться о его эмоциональном состоянии.

Мне ведь говорили воздерживаться от физических нагрузок, но он исключил… вообще всё. Оставалось лишь лежать на диване и изумлённо хлопать глазами.

— Слушай, может, съездим к твоим родителям в гости? Сообщим им радостные новости, — предложила ему как-то вечером.

— Не думаю, что сейчас для этого подходящее время. Они наверняка начнут расспрашивать про операцию: что, почему и зачем…