Книга Мой ненавистный футболист, страница 34 – Лада Шведова

— Ты в чем пойдешь? – спросила меня сияющая Катька. Сегодня она облачилась в голубой сарафан, и он чудо как ей подходил. А еще в последние два дня Катя хорошо спала и этим была весьма довольна, вот и улыбалась всем подряд.

В ответ я молча указала на свой наряд, в котором валялась на кровати. Состоял он из джинсовых шорт и футболки с логотипом рок-группы. Не сарафан, конечно, но на мой взгляд – отличный образ, удобный.

— Я могу дать тебе платье, – не отставала Катя.

— Тебе что-то от меня надо? – Я отложила читалку, поняв, что попала в цель – не зря Семенова так мило улыбалась. Обычно она не тратила энергию зря и улыбчивой не считалась.

Она присела на край кровати и вздохнула:

— Слушай, Лан… мы в лагере вторую неделю. И тут так хорошо, спокойно! Ты заметила? Мы приехали отдыхать и отдыхаем. У нас легкие тренировки – в лагере нет полноценных снарядов, у нас чистейшее озеро под боком, в нем даже дно видно! Мы… расслабляемся перед началом соревновательного сезона, и это необходимо, ведь по возвращении в город все поменяется. И я подумала, может, не стоит все это портить?

— Не понимаю, куда ты ведешь.

— К истории с рыбой. Мне кажется, нам стоит… убрать ее. Пока не поздно. Она наверняка начала вонять или вот-вот начнет. Повезло, что дни были прохладными. Но как только парни ее заметят… Это никому не надо, Лан. Серьезно. Подумай сама: сейчас ты легко можешь бегать на ночные свидания, а завтра или через неделю придется караулить домик от вторжения – и никаких тебе свиданий.

Катя сразу ошиблась в тактике, не подозревая, что ночные свидания с Романом для меня не стимул. Надо думать, как раз из-за Романа Катя вообще подошла ко мне, а не к Жанне, на которую надавить сложнее – она жила в другом домике и непонятно, что делала по ночам. А я прямо тут, на виду. Говорила же – у нас ничего не скрыть.

— Я готова на жертвы ради общего блага.

— Блага?! И где в протухшей рыбе благо?!

— Не придирайся к словам, – поморщилась я. – Важна суть. Но я тебя поняла: ты против и хочешь все переиграть. Что поздно и глупо, но это по моему мнению, у тебя есть свое. И я не в силах тебя остановить – иди и все переигрывай.

— Что ты имеешь в виду? – насупилась Семенова.

— А ты что? Или ты собиралась выдвинуть гениальную идею и отправить меня все исправлять? Так я не хочу. А ты хочешь, стало быть, тебе и идти. Это называется логика, советую иногда применять.

— Но это же ты… все сделала. Вместе с Олькой.

— И не хочу ничего менять, – терпеливо повторила я, возвращая в руки читалку. – Но подчеркну: ты можешь. Скажу больше: ты можешь все, стоит только захотеть! И спасибо за предложенное платье, но я избегаю данайцев, дары приносящих.

Посверлив меня злобным взглядом, Катька резко встала с кровати и покинула домик. Ее место сразу заняла Лерка; в отличие от Семеновой, она поглядывала на меня с беспокойством.

— Что? – не выдержала я. – Думаешь, я должна была согласиться?

— Нет! Конечно, нет. Ты все правильно сказала, а то Семенова слишком любит спихнуть весь труд на кого-то другого. Никогда не убирает за собой маты и не чистит жердь, хотя после нее больше всего мела, аж кусками! Я просто подумала… а ты все мне рассказала? Твой выпад в сторону футболистов – это тоже из-за Вика, да?

— А?!

— Мы так внезапно ополчились на парней, – зачастила Лерка. – А я тогда на тебя обижалась из-за Жанны и теперь думаю, не упустила ли главного… иначе с чего бы ты с ним потом болтала и чипсы ела? Без знакомства! Так не бывает, а значит, ты мне не рассказала главного.