Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 78 – Виолетта Весна

Я посмотрела на папку.

Удар у стены, рывок, мое падение боком — замок папки частично вырвался. Один угол был сорван. Внутренний шов, который и раньше расходился, теперь лопнул окончательно.

— Черт, — сказала я. — Это была моя любимая.

— После сегодняшнего она заслужила пенсию.

Полина взяла папку, раскрыла на коленях. Проверила копии паспорта, судовые бумаги, доверенность, заметки по Кретову.

Потом нахмурилась.

— А это что?

— Что?

Она провела пальцем вдоль порванной подкладки.

— У тебя тут что-то внутри.

— Где?

— Между кожей и картоном.

Я наклонилась.

Из разошедшегося шва торчал крошечный черный край.

Сначала я подумала, что это кусок пластика от замка. Потом Полина аккуратно поддела его ногтем и вытащила.

На ее ладони лежала маленькая флешка.

Черная.

Без маркировки.

Такая тонкая, что ее легко было не заметить в подкладке.

В машине стало тихо.

Даже водитель, кажется, перестал дышать.

Арсен медленно повернулся с переднего сиденья.

— Откуда она?

Я смотрела на флешку и чувствовала, как холод ползет от затылка к спине.

— Не знаю.

— Папка всегда была у тебя? — спросила Полина.

— Почти год.

— В фонд носила?

— Постоянно.

— В феврале?

Я подняла на нее глаза.

Февраль.

Письмо Даниила.

Женщина с белой брошью.

Синий конверт.

— Да, — сказала я. — Я носила ее в феврале.

Полина осторожно положила флешку в чистый пакет для документов, который достала из своей сумки.

— Голыми руками больше не трогаем.

Арсен смотрел на пакет.

В его лице появилась та самая опасная неподвижность, которую я уже начала узнавать. Не пустая. Рабочая. Жесткая.

— Не подключать ни к чему без изоляции, — сказал он.

— Я адвокат, не стажер, — ответила Полина. — Пакет запечатываю. Осмотр при свидетелях. Копирование через Сомова на чистом устройстве. Протокол передачи.

— Хорошо.

Я не могла отвести взгляд от маленькой черной вещи.

Все это время.

Она была со мной.

В суде, где я добивалась выплат для семей. В фонде, где я принимала вдов. В нашей квартире, когда ждала Арсена. В машине, когда ехала подавать развод. Возможно, даже в штабе, когда говорила: «Я больше не ваш тыл».

Даниил Кретов или кто-то вместо него оставил доказательства не в электронной почте.

Не в синем конверте.

Во мне.

В моей жизни.

В моей папке.

Потому что верил, что я дойду.

Или потому, что кто-то с белой брошью понял: если система ищет документы, самое безопасное место — рядом с женщиной, которую все считают просто женой генерала.

Я закрыла глаза.

— Варя, — тихо сказала Полина.

Я открыла.

Арсен смотрел на меня.

— Это может быть ловушка, — сказал он.

— Может.

— Или доказательства.

— Да.

— После сегодняшнего они могли пытаться не только убить тебя. Они могли пытаться забрать папку.

Я вспомнила женщину в бежевом плаще. Ее пустые листы. Как она окликнула меня. Как я повернулась, прижимая папку к груди. Если бы фургон ударил иначе, если бы меня сбили, если бы папка выпала…

Кто-то мог подобрать ее в хаосе.

Не авария.

Изъятие.

Смерть — как способ получить маленькую флешку, о которой я сама не знала.

Меня затрясло.

На этот раз я не смогла спрятать.

Полина взяла меня за руку.

Арсен дернулся, но остался на месте.

Спасибо.

Снова.

Как много стало этих маленьких «спасибо», которые я не хотела ему отдавать.

— Я все это время носила ее с собой, — сказала я.