Книга Развод в 45. Прямой эфир окончен, страница 8 – Виолетта Весна

В спальне застегнулся чемодан.

Сергей вышел с одеждой на плечиках, ноутбуком и несессером. На дне чемодана уже лежали вещи. Значит, хотя бы часть он собрал заранее.

— Я поживу в маминой квартире, — сказал он. — Машину беру, она нужна для работы. По остальному договоримся.

— Завтра пришли письменно, что именно ты предлагаешь.

— Ты теперь всё будешь оформлять протоколом?

— То, что касается денег, жилья и работы, — да.

— Ты можешь остаться здесь. Я не собираюсь менять замки.

— Это и моя квартира.

— Я знаю.

На этот раз он сказал без спора. Возможно, устал; возможно, уже посоветовался с кем-то. Я не умела видеть мотив по двум словам и записала только факт: ключи у Сергея оставались.

— Марина, предложение по каналу в силе. Не принимай решений из-за сегодняшних комментариев. Через неделю всё уляжется.

— Ты подготовил мой ответ, мой уход и свой переезд. Моё решение подождёт человека, который работает на меня.

— Юриста?

— Да.

— Ингу?

Он помнил её с университетских встреч и никогда не любил, как быстро она отделяла его доводы от обаяния.

— Это тоже обсудим с Ингой.

Сергей взял чемодан и пакет с рубашками. Я не пошла провожать. Через минуту входная дверь закрылась, потом в замке ещё раз повернулся ключ: он проверил, что запер.

Ночью я не спала. К двум часам уведомлений стало больше тысячи, и я выключила телефон, оставив звук только для Дарьи. Она прислала: «Доехала». Я ответила одним словом: «Спасибо».

В семь сорок телефон сообщил о новом действии в подтверждённой учётной записи. Сергей начал электронное совместное заявление о расторжении брака и указал мои данные. Сервис предлагал мне проверить сведения, выбрать отдел ЗАГС и подтвердить участие. Внизу стояло предупреждение: заявление не будет подано, пока второй супруг не выполнит свою часть.

Я закрыла страницу.

В восемь десять написала Инге Беляевой: «Нужна консультация по разводу, имуществу, трудовому договору и служебным сценариям. Срочно, но без ночных подвигов. Когда можешь?»

Она ответила через три минуты: «Завтра в десять. Сегодня ничего не подписывай, не удаляй и не публикуй. Собери документы, которые у тебя уже есть законно».

Я подтвердила встречу, открыла новый файл и назвала его «Список».

Сначала написала: «Что он сделал».

Удаляла заголовок долго, по одной букве.

Новый был короче: «Имущество и обязательства».

Квартира. Накопления. Автомобиль. Доля в ООО. Зарплата. Трудовой договор. Сценарии. Банковская ячейка. Ежемесячная помощь Дарье. Коммунальные платежи. Налоги.

В отдельной строке я поставила: «Не подтверждать заявление до консультации».

Марина

Инга начала консультацию с вопроса, который я два дня старательно обходила.

— Чего ты хочешь получить?

Я поставила папку на край её стола. За ночь она стала толще: я добавила паспорт, распечатанную банковскую выписку, старую оценку квартиры для страховой и свою должностную инструкцию. В приёмной мне предложили чай, но я взяла воду — с чашкой пришлось бы следить ещё и за руками.

— Половину того, что наше. Свою работу. Возможность не видеть его.

— Последнее в договор не запишешь. Первые два пункта разбираем отдельно. И ещё раз: чего ты хочешь, а не что, по-твоему, положено отнять у Сергея в наказание?

Инга Романовна Беляева была моей однокурсницей, но за рабочим столом дружескую часть имени убирала первой. В жёлтом блокноте она уже начертила четыре колонки: семья, имущество, работа, права.