Книга После развода. Бывший работает на меня, страница 20 – Виолетта Весна

В девять вечера я уехала домой, приняла душ и легла, поставив будильник на час пятнадцать. В половине первого позвонила Ася.

— Ты спишь? — спросила она.

— Пыталась.

— Папа сказал, ты ночью на завод.

— Откуда он знает?

— Выгрузка же с двух. Он тоже едет.

Я села на кровати.

— У него техническая работа с архивом?

— Не знаю. Мы ужинали, ему позвонили. Я просто хотела спросить, можно завтра остаться у него. У нас утром репетиция рядом с его домом.

— Конечно. Учебники взяла?

— Мам, мне семнадцать.

— Именно поэтому спрашиваю, а не собираю сама.

Она рассмеялась.

— Взяла. И ты хотя бы часа три поспи.

— Уже почти.

После разговора я написала Оксане: «По какой причине Михаил участвует в ночной выгрузке?»

Ответ пришел сразу: «Нужен для идентификации технической переписки. Доступ только на чтение, работа в общей комнате. Возражаете?»

Я не возражала. Меня раздражало, что о его участии я узнала от дочери. Потом я напомнила себе: Оксана не обязана согласовывать состав своей проверки со мной, а Михаил не должен писать мне о служебном вызове в семейный чат. Граница работала именно так, как мы договорились. Неудобство не означало нарушение.

В два сорок ночной коридор административного корпуса был освещен через одну секцию. В комнате серверной стояли четыре монитора, системный администратор, Оксана, юрист и Михаил. Он принес термос и бумажный пакет с едой.

— Я взял бутерброды на всех, — сказал он. — Можно поставить здесь?

Оксана проверила, что пакет не лежит рядом с накопителями.

— На подоконник.

Раньше Михаил передал бы мне кофе без вопроса, потому что помнил, какой я пью. Теперь термос остался общим. Я налила себе сама.

Выгрузка содержала почти девять тысяч писем. Системный администратор настроил поиск по номеру договора, коду КР-17, названию поставщика и протоколу 14-П. Первые результаты подтвердили известное. Нечаев запросил цену на триста двадцать единиц до подписания пилотного протокола. Поставщик предложил скидку при оплате всей партии. Прежний директор ответил: «Берите объем, пока цена держится. Технические закроют».

— Это распоряжение купить, — сказала Оксана. — Не распоряжение установить.

— Но объясняет договор, — добавил юрист.

Следующая цепочка шла от Нечаева технологу Лаптеву. В приложении была таблица на триста двадцать. Текст письма состоял из одной строки: «Серийный код обновлен, запускать с новой поставки». Лаптев ответил: «Подтверждение главного инженера в карточке не вижу». Через двенадцать минут Нечаев прислал ссылку на протокол 14-П и написал: «Согласование там».

Лаптев больше не возражал.

Михаил приблизил документ на своем экране.

— Моя подпись стоит под пунктом о двадцати комплектах и обязательном двенадцатичасовом тесте. В серийной карточке должна быть новая подпись после акта пилота.

— Но поле не обязательное, — напомнила я.

— Да. Это моя ответственность.

— Ваша ответственность — форма процесса, — сказала Оксана. — Использование протокола как серийного согласования проверяем отдельно.

В три тридцать поиск нашел письмо Михаилу. Оно пришло в пятницу в восемнадцать двенадцать, когда первая смена уже закончилась. Нечаев отправил ему сводный сборочный план, где напротив нового кода стояло сто двадцать восемь шкафов.

— Вы его открыли в субботу в девять сорок семь, — сказала Оксана. — Что сделали дальше?