Книга После развода. Бывший работает на меня, страница 16 – Виолетта Весна

— А если не получится?

— Тогда я не стану скрывать цифры до последнего дня.

По залу прошел гул. Кто-то выкрикнул, что прежний директор тоже показывал красивые таблицы. Я дождалась, пока голоса стихнут настолько, чтобы меня слышали без микрофона.

— Поэтому с сегодняшнего дня у проходной и во внутренней сети будет ежедневный отчет. Пять строк: долг по зарплате, поступления, готовность партии, статус дефекта и следующий срок. Профсоюз получит место в рабочей группе по численности и оплате. Данные клиента, которые запрещено раскрывать договором, проверит Тамара Шихова под обязательство о конфиденциальности.

Тамара поднялась с места.

— Подтверждаю. График выплат я видела. Первая часть уже ушла, остаток обещан к пятнице. Если дата изменится, сообщу сама.

— Значит, сокращения будут? — спросила женщина из упаковочного участка.

— Решения нет. Есть варианты: не заполнять вакансии, закрыть арендованный офис, объединить административные функции и продать пустующий склад. Производственные участки оцениваем по их реальной роли в переделке партии. Скрытого списка на увольнение у меня нет.

— А участок шкафов вы хотели закрыть.

Я увидела Нину у стены. Она не опустила взгляд.

— В июньском расчете был вариант передачи сборки подрядчику. После проверки выяснилось, что участок может переделывать до двадцати шкафов за смену и нужен для сохранения контракта. Этот вариант пересчитывается.

— То есть ошиблись?

— Да. Я считала стоимость и не проверила скорость ремонта на месте.

Признание не вызвало ни одобрения, ни насмешек. Несколько человек записали ответ на телефоны. Мне было достаточно, что завтра они смогут сравнить его с решением.

Михаил стоял ближе к выходу рядом с инженерами. Он знал, почему в июне у меня не было доступа к мастерам и картам операций, но не вмешивался. Объяснение могло смягчить ошибку и одновременно отнять у меня право ответить самой.

После встречи люди расходились медленно. Тамара собирала вопросы, помощница записывала темы для первого отчета. Нина подошла ко мне с расчетом двух графиков.

— С дополнительной сменой успеем разобрать семьдесят два шкафа за четыре дня, — сказала она. — Но люди после задержки зарплаты не согласятся выходить по устной просьбе.

— И не должны. График, письменное согласие, оплата. Сколько человек?

— Двадцать четыре в смену, включая контроль. Можно сделать за пять дней без дополнительных часов, если снять восемь человек со второго заказа.

— Какой штраф по нему?

— Сто восемьдесят тысяч за просрочку больше трех дней. Клиент готов принять на четыре дня позже без штрафа, если сегодня дадим уведомление.

— Тогда пять дней. Не создаем новый риск ради одного красивого срока.

— Михаил предлагал то же.

— Хорошо.

Нина задержала руку на папке.

— Он не просил меня вам это сказать.

— Я и не подумала.

— Подумали.

— Нина Сергеевна, у нас достаточно прямых задач. Не добавляйте к ним перевод с языка бывших супругов.

Она усмехнулась.

— Согласна. Тогда прямой вопрос: участок остается?

— До завершения контракта — точно. Долгосрочное решение после расчета полной себестоимости, загрузки и роли в сервисе. Вы войдете в рабочую группу.

— Вот теперь понятно.

К обеду ежедневный отчет висел у проходной. Первую версию пришлось переделать: бухгалтерия написала «остаток обязательств перед персоналом», и я заменила это на «невыплаченная зарплата — семнадцать миллионов семьсот тысяч рублей». Рядом указали дату следующего платежа и источник. В строке партии стояло: «92 шкафа запрещены к отгрузке; разбор начнется 21 августа». В строке дефекта — «2 подтвержденных отказа; образцы переданы в лабораторию».