Книга После развода в 42. Новая жена бывшего пришла ко мне за помощью, страница 65 – Виолетта Весна

Мы простились без обещаний. Я закрыла таблицу фирмы и вернулась к лабораторному отчету. На последней странице стояли подписи двух специалистов, дата, номера оборудования и перечень приложений. Никакой фразы о моей правоте там не было. Ни один прибор не мог подтвердить, что шесть лет назад я была слепой, а теперь стала честной.

Приборы подтвердили только свойства трех образцов. Комитет принял только решение готовить иск. Клиент расторг только один договор. Каждая часть сегодняшнего дня имела точный размер, и я не стала складывать их в удобную историю о наказании или спасении.

Замена существовала не только в таблице и на этикетке. Теперь у нее был полный технический результат.

В среду утром я приехала на объект фонда, чтобы услышать неприятную правду в правильном порядке.

Михаил и Ирина закончили обследование шести модулей. Елена Юрьева собрала в прорабской проектировщика, подрядчика по монтажу, представителя страховщика и юриста. Меня пригласили как автора финансовой карты платежей. Решать судьбу конструкций я не могла и не собиралась.

На стене висела схема будущего центра. Первый корпус предназначался для семей, которым требовалось жилье рядом с клиникой. Второй еще не начинали собирать. Из окна были видны ряды серых модулей под пленкой. Они выглядели обычно. Опасная экономия редко предупреждала о себе внешним видом.

Ирина открыла заседание.

— Мы подтвердили несоответствие изоляционного материала в трех вскрытых модулях и получили одинаковые косвенные признаки еще в трех. Контрольный материал со склада соответствует проекту. Безопасную эксплуатацию первого корпуса в текущем виде мы не подтверждаем.

Елена сжала ручку.

— Значит, все разобрать?

— Не обязательно все, — ответил Михаил. — Сначала нужно определить границы партии. Есть два технических варианта: выборочная разборка каждого модуля с заменой материала либо демонтаж спорных модулей и поставка новых. Выбор зависит от состояния каркаса, сроков и гарантии изготовителя.

— Сколько времени?

— На обследование партии семь рабочих дней. На исправление срок даст тот, кто возьмет ответственность за работы. Мы не будем называть дату за производителя.

Представитель «МодульГрада» на встречу не приехал. Вместо него Сергей прислал письмо: компания не признавала выводы лаборатории, предлагала повторные испытания и требовала допустить своего специалиста к образцам.

— Допустить можно, — сказал Михаил. — При участии фонда, с новой описью и параллельным отбором. Но до результата повторной проверки приемку нельзя продолжать.

— Вы уверены, что материал опасен? — спросил страховщик.

— Мы уверены, что он не соответствует проектному решению и договорным показателям. Термин «опасен» без сценария эксплуатации слишком общий. В испытании он раньше теряет требуемые свойства, образует больше дыма и продуктов горения. Для объекта проживания это достаточно, чтобы не подписывать приемку.

Я записывала формулировки дословно. Ни одна из них не обещала катастрофу, но и не позволяла спрятаться за словом «почти».

Проектировщик предложил заменить только внутреннюю изоляцию. Михаил попросил расчеты и технологическую карту. Подрядчик напомнил, что при разборке можно повредить обшивку. Разговор впервые стал похож не на войну с Сергеем, а на работу: кто отвечает, что проверяет и каким документом подтверждает результат.