Книга Жена, которой не было в документах, страница 44 – Виолетта Весна

— На бумаге этого нет.

— Будет. Я обещал.

Голос Гордея.

Молодой.

Нервный.

Живой.

Обещал.

Таисия закрыла глаза.

Ей вдруг стало так больно, будто она услышала не доказательство, а призрак мужчины, которого потеряла не вчера и не сегодня, а где-то по дороге между первым объектом и ореховым столом.

Норин выключил запись.

В кабинете стало тихо.

— Достаточно, — сказал он.

Таисия открыла глаза.

— Это поможет?

— Это важно.

— Но?

— Но одного аудио мало. Нужно подтвердить цепочку: принадлежность мастерской вам, передачу, связь с первым проектом, роль вашего вклада, обещания, последующее использование актива, возможно, вывод активов при подготовке к разводу.

Но теперь мы не в пустоте.

Не в пустоте.

Таисия вдруг поняла, что эти слова сейчас значат больше, чем любое «держитесь».

— Что дальше? — спросила она.

— Первое. Ничего не подписывать. Второе. Не отдавать оригиналы никому, включая мужа. Третье. Документы храним не дома. Четвертое. Фиксируем все попытки давления: охрана, переселение, вмешательство Ренаты, разговоры с детьми, публикации, если будут. Пятое. Готовим ответ по соглашению и отдельную позицию по детям. Шестое. Проверяем активы.

— Это война?

Норин снял очки.

— Нет. Пока это попытка не проиграть без боя.

Таисия кивнула.

В этот момент завибрировал телефон.

Гордей.

Она не взяла.

Через несколько секунд пришло сообщение:«Где ты? Нам нужно поговорить до приезда детей».

Таисия показала экран Норину.

Он прочитал.

— Ответьте: «Я на консультации. Вернусь позже.

По срочным вопросам пишите».

Без эмоций.

Она так и написала.

Ответ Гордея пришел почти сразу.«У какого юриста?»Норин сказал:

— Не отвечайте.

Она положила телефон на стол.

Он снова завибрировал.

Гордей.

Потом еще раз.

И еще.

Норин спокойно перевернул телефон экраном вниз.

— Вот это, Таисия Сергеевна, и есть начало отвыкания. Не вашего. Его.

Она смотрела на темный экран телефона и впервые за день поняла, что Гордей звонит не потому, что она пропала.

Он звонит потому, что она перестала быть доступной по первому требованию. Через час Таисия вышла от Норина уже с другим списком в сумке.

Не просто документы.

План действий.

Список запросов.

Копии.

Инструкции.

И странное новое ощущение: ее жизнь все еще рушилась, но теперь среди обломков появились подписи, даты, имена, вопросы.

То, что можно было собрать.

На улице начинался дождь.

Мелкий, холодный, почти невидимый.

Таисия открыла зонт и пошла к машине.

У дверцы стоял человек.

Сначала она не поняла кто.

Потом узнала водителя Гордея.

Не того, который возил детей.

Личного.

Степан.

Широкоплечий, молчаливый, всегда в темном костюме.

— Таисия Сергеевна, — сказал он.

Она остановилась.

— Что вы здесь делаете?

— Гордей Аркадьевич попросил убедиться, что с вами все в порядке.

— Он знал, где я?

Степан помолчал.

Этого было достаточно.

— Он отслеживал машину?

— Я не знаю деталей.

— Конечно.

Таисия открыла дверь сама.

Степан шагнул вперед.

— Гордей Аркадьевич просил отвезти вас домой.

— Передайте Гордею Аркадьевичу, что я сама умею водить.

— Он волнуется.

— Нет.

Он проверяет.

Степан опустил глаза.

— Я просто выполняю поручение.

Таисия посмотрела на него.

Не он был врагом.

Он был частью системы, в которой Гордей привык протягивать руку и получать контроль.

— Тогда выполните другое, — сказала она.