Книга "Секир Башка". Или телохранитель для императора, страница 87 – Дина Хоуп

— Дыши, — говорила Софья. — Дыши глубоко. Как я учила.

— Иди ты со своими советами знаешь куда? — рычала Яр.

— Потом поблагодаришь.

А потом всё закончилось. Раздался крик — высокий, пронзительный, требовательный. Крик нового человека, который только что ворвался в этот мир.

— Девочка, — сказал лекарь. — Здоровая.

Яр откинулась на подушки, чувствуя, как тело медленно возвращается к ней. Авелий стоял рядом, бледный, с влажными глазами, и держал на руках крошечный свёрток.

— Посмотри, — сказал он, наклоняясь. — Она красивая.

Яр посмотрела. Девочка была красной, сморщенной и совершенно некрасивой. Но когда она открыла глаза — зелёные, как у Яр, — что-то внутри перевернулось.

— Она... — Яр запнулась. — Она правда красивая.

— Я же говорил, — улыбнулся Авелий.

Софья подошла, заглянула через его плечо.

— Как назовёте?

Яр посмотрела на Авелия. Они не обсуждали имя. Решили, что назовут, когда увидят.

— Вера, — сказала Яр. — В честь веры. В то, что всё будет хорошо.

Авелий кивнул.

— Вера, — повторил он. — Красиво.

Он передал ребёнка Яр, и она взяла его — осторожно, как что-то хрупкое и драгоценное. Девочка притихла, прижалась к ней и засопела.

— Привет, Вера, — прошептала Яр. — Я твоя мама. Я не умею быть мамой, но я научусь.

Она почувствовала, как Авелий садится рядом, обнимает её за плечи. Софья тихо вышла, уводя лекаря и служанок. Они остались втроём.

Ночью Яр спала. Впервые за долгое время — крепко, без снов. И в этой темноте, в этой тишине, к ней пришёл Многоликий.

Он не стал принимать чей-то облик. Он был просто сгустком тьмы, мерцающим в углу комнаты. Но Яр его узнала.

— Ты, — сказала она.

— Я, — ответил он. Голос был мягким, без обычной иронии.

— Что ты здесь делаешь?

— Пришёл попрощаться.

Яр села на кровати. Она не боялась. Она уже привыкла к нему.

— Почему сейчас?

— Потому что ты справилась, — сказал Многоликий. — Задача, ради которой ты была приведена сюда, выполнена. Император жив. Заговор раскрыт. Империя в порядке. И ты нашла своё место.

— Я не искала место, — сказала Яр. — Я просто... жила.

— Именно, — ответил он. — Жила. Это и было целью. Ты не просто выживала — ты жила. Ты любила. Ты создавала. Ты родила новую жизнь. Это больше, чем я мог просить.

Яр помолчала.

— Ты уходишь?

— Да, — сказал он. — Моя работа здесь закончена. В этом мире больше не будет попаданцев. По крайней мере, в ближайшее время.

— А если будут?

— Тогда я вернусь, — ответил он. — Но не к тебе. Ты больше не нуждаешься во мне.

Он подошёл ближе — или это темнота сгустилась ближе. Яр почувствовала тепло, исходящее от него.

— Спасибо, — сказала она. — За то, что выбрал меня.

— Я не выбирал, — ответил он. — Ты сама выбрала. Тогда, в темнице, когда решила написать письмо. Ты могла сдаться. Могла умереть. Но ты выбрала бороться. Я лишь помог.

Он отступил.

— Прощай, Ярослава. Живи долго. Живи счастливо. И помни — ты всегда была больше, чем просто попаданка.

— Прощай, Многоликий, — сказала Яр. — Спасибо.

Темнота рассеялась. Яр проснулась. За окном светало. Рядом спал Авелий, а на его руках — Вера. Маленькая, тёплая, живая.

Яр улыбнулась и закрыла глаза. Впереди был новый день.

Прошло пять лет.

Яр стояла на плацу, скрестив руки на груди, и наблюдала, как её отряд — теперь уже шестьдесят девушек — отрабатывает приёмы с мечами. Сокол командовала громко и чётко, Ласка поправляла новобранцев, Тень показывала сложный захват. Яр не вмешивалась. Она давно поняла, что лучший командир — тот, кто умеет вовремя отойти в сторону.