Книга Академия ядов, страница 81 – Елена Станиславская

Смотрел он куда-то в сторону, не на Тьяну, и это ей тоже не понравилось. Раз имеет совесть снова к ней лезть с расспросами – имел бы и мужество глядеть в глаза. Возмущение, подпитанное усталостью, попросилось наружу – и Тьяна не стала сдерживать его.

— Мастер Зорич, – ледяным тоном начала она. – При всем уважении…

— Можете идти, Островски. – Старший мастер посмотрел на нее в упор. – Я обращался не к вам, а к вашему спутнику. Медович, следуйте за мной.

В первое мгновение Тьяна не поверила ушам. Как это – «можете идти»? Зорич, что же, явился не за ней? Волна облегчения лизнула душу и откатилась, обнажив острые камни тревоги. Зачем старшему мастеру понадобился Медович? Репутация Мару точно не внушала Зоричу доверия: дважды отчисленный, дважды вернувшийся, одним словом – ненадежный. Что будет, если старший мастер захочет вышвырнуть его из академии? Тьяне не хотелось, чтобы очередной план спасения пошел прахом. Впрочем, что она могла сделать? Спрашивай не спрашивай Зорича, все равно не скажет, зачем ему нужен Мару. А будешь настаивать – навлечешь на себя неприятности. Лучше действовать по плану: поговорить с Гнев о вечеринке, впечатлить Крабуха вопросом о ядах и, возможно, озаботиться поиском лопат.

Тьяна бросила взгляд на Медовича, поймала легкий кивок в свою сторону и тронула шляпку:

— До свидания, господа.

Поднявшись на холм со всей стремительностью, на какую были способны ноги, она коротко оглянулась. Внизу Тьяна ожидала увидеть Зорича и Мару, но их не было ни у подножия, ни на тропе среди иссохших палевых трав, ни на причале. Как сквозь землю провалились или канули в океан. Под узлом галстука, прямо в яремной впадине, завязался другой. Тугой, давящий. Тьяна сглотнула, прокашлялась – и затянутая внутри петля чуть ослабла.

Напрягая глаза, она оглядела пространство под холмом, но так и не увидела ни старшего мастера, ни Медовича. Сомнение подталкивало ее: может, вернуться к причалу?

— Тьяна! – окликнул сзади знакомый голос.

Обернувшись, она увидела Кору. Однокружница вприпрыжку шла между деревянными креслами. Ее русые волосы топорщились от утренней влажности, а на многочисленных колечках и браслетах играли блики солнца. Кора пришла на холм не одна: позади плелась, путаясь в длинной юбке, Лика. Она беспрестанно поправляла шляпу, сползающую на глаза, и что-то бормотала себе под нос: должно быть, молитву. Тьяна впилась взглядом в младшую, и теперь единственную, из сестер Требух. Было бы неплохо выяснить, что ей известно о смерти Млады и Вэла. Напоследок посмотрев на причал – пусто! – Тьяна затолкнула поглубже тревогу, нацепила улыбку и махнула Коре.

— Ты знакома с Ликой? – сокружница указала за спину. – Мы встретились вчера в Погребе. Стучались к тебе, но ты, видно, провела ночь в Вельграде. – Она улыбнулась и с любопытством заглянула Тьяне в лицо.

— Навещала подругу в Деве. – Ложь легко слетела с языка. Повернувшись к Лике, Тьяна произнесла: – Прими мои соболезнования по поводу сестры. Как ты себя чувствуешь?

— Плохо. – Младшая Требух будто вытолкнула из легких камень: настолько тяжело прозвучало сказанное. – Меня только одно утешает: Млада теперь в сонме, в окружении ликов. Они позаботятся о ней.

Тьяна тотчас поняла, как вывести Лику на нужный разговор. Совесть подняла голову, раскрыла рот, но не успела подать голос.