Книга Академия ядов, страница 3 – Елена Станиславская

Задумавшись, Тьяна едва не получила мячом по голове. Он просвистел над ухом, обдав стремительным потоком воздуха. Высокий смуглый парень с двумя косами, лежащими на плечах, запоздало крикнул: «Берегись!» Взглянув на него, Тьяна подивилась, сколько в юноше мистерианской крови, а затем развернулась и поспешила на площадь. Черно-белое кепи, слава всем ликам, ни разу не промелькнуло в толпе. Тьяна не была готова встретиться с Велимиром.

Возле стелы, пробиваясь прямо через плитку и вспучивая ее корнями, росла кривая яблоня. Вероятно, дерево появилось здесь случайно, но садовник отчего-то пожалел самосевницу. Скользнув взглядом по мелким красным плодам, Тьяна повернулась к стеле.

Она надеялась обнаружить на камне полезные подсказки, что-то вроде: налево – дом настоятеля, направо – пансион. В Деве ей не выдали никакого путеводителя, а потом никто не встретил с парома, поэтому, очевидно, здесь должен был находиться хотя бы один указатель. Однако на сером камне оказалось высечено совсем другое.

Остор Ястребог,

более известный как Старик,

основатель нашей нерушимой академии и благотворитель сего бренного мира, предстал перед ликами в 981 году от основания Галинского княжества и покоится ныне под сим камнем.

Рье мо не.

Тьяна почувствовала легкое волнение и знакомый азарт, – так происходило каждый раз, когда она сталкивалась с мистерианским. Не в учебниках и словарях – в жизни. Если не знать, как строятся мистерианские идиомы, приписка в конце будет казаться бессмысленным набором слогов. Но Тьяна честно заработала свой высший балл в Деве. Покрутив в голове варианты перевода, она нащупала наиболее точный: «Мертвые знают ответы, да живые у них не спрашивают».

Удовольствие, полученное от расшифровки, на миг затмило все остальное. Тьяна улыбнулась. Рядом с ногой прошуршал гонимый ветром крупный сухой лист. Поддавшись порыву, Тьяна бросилась за ним. Настигла, наступила. Лист вкусно хрустнул под подошвой.

— Красный башмачок растоптал красный листок на красной брусчатке, – прозвучало за спиной.

Тьяна обернулась и вздрогнула, увидев собственное лицо. Исполосованное, раздробленное, точно у разбитой фарфоровой куклы. Один глаз выше другого, алые губы изрезаны трещинами. Тьяне понадобилась пара секунд, чтобы понять: это отражение. Всего лишь кривое отражение.

Перед ней стоял юноша с большим разбитым зеркалом в руках.

Оторвав взгляд от собственного искореженного лица, Тьяна отчеканила:

— Здравствуйте. Я ищу настоятеля. Не подскажете…

Молодой человек тряхнул медно-горчичными кудрями, указывая направо:

— Вон тот дом, из красного кирпича. Как и все остальные. Здесь действительно много красного. Кроваво-красного. – Он окинул Тьяну взглядом. – Вы впишетесь.

Тьяна присмотрелась к собеседнику, и сердце неожиданно подало сигнал: будь с ним осторожнее. Как с любым, кому неровня. Пронзительные зеленые глаза, рыжие волосы и надменное выражение лица – всегда надменное, какие бы эмоции ни мелькали на нем, – громко заявляли о происхождении юноши. Тьяна не знала его, но догадывалась, кто перед ней. Один из Медовичей – рода, что древнее самого княжества.

Она буркнула: «Спасибо» – и повернулась, чтобы уйти.

— Не желаете взять один?

— Что? – Тьяна оглянулась через плечо и, снова напоровшись на свое отражение, поморщилась.