Книга Академия ядов, страница 21 – Елена Станиславская

С возмущением фыркнув, Тьяна спросила:

— По-твоему, это нормально – вот так врываться к девушке? Как ты вообще попал сюда?

Взгляд Еникая вдруг изменился: веселье ушло на дно, и из тьмы блеснула обеспокоенность.

— У тебя кровь! – Он охнул. – Ты что, напоролась на свой ножик?

— Да, случайно, – быстро ответила Тьяна. – Поэтому… знаешь, тебе лучше уйти. Мне надо обработать порез. – Она попыталась-таки оттеснить Лже-Хитвика к двери, но лишь понапрасну ткнулась плечом в широкую грудину.

— Да ты неслабо поранилась, все руки в крови, – присвистнул Еникай, разглядывая ее пальцы. – Давай помогу. А заодно глянем, не нужно ли и меня прижечь живокамнем^[5].

Тьяне сегодня решительно не везло на чутких людей, зато нагловатых и странных в окружении становилось все больше. Сил, чтобы выдворить Еникая, не было – ни физических, ни моральных. К тому же не лучше ли успокоиться и вести себя так, будто ничего страшного не случилось. Проскользнув мимо Еникая, она выкрутила вентили и принялась тереть руки мылом. Над раковиной поплыл хвойный пар.

— У меня всегда так, – небрежно бросила Тьяна. – Чуть-чуть порежусь, а крови – целое море. Как ты там, Хитвик? – Она нарочито громко фыркнула.

Закатав рукав туники, Еникай осмотрел розовую царапину и отмахнулся:

— Ерунда. Достану аптечку? – Он кивнул на нижний ящик шкафа.

— Она тут есть? – Тьяна как бы невзначай подцепила с пола сумочку и повесила на дальний столбик кровати. Не хватало еще, чтобы Еникай сунул в нее нос.

— Не такая богатая, как у плющей, но все же.

— Бери все, что нужно. – Она усмехнулась уголками губ, вспомнив, что говорила лесному чудовищу те же слова.

Наклонившись, Еникай вначале подобрал, отряхнул и уложил на место постельное белье и только потом вытащил из ящика небольшую круглую жестянку. Достав пузырек с прозрачной жидкостью, он смочил кусок марли и шагнул к Тьяне.

«Будь милой», – приказала она себе и вытянула руку. Влажная ткань коснулась пореза, и кожу мгновенно защипало. Еникай, по-доброму улыбнувшись, наклонился и подул на рану. От этого движения рог чуть не ткнул Тьяну в глаз – она едва успела увернуться.

— Ох, прости, – буркнул Еникай и стянул капюшон: показались две смоляные косы, концы которых скрывались за воротом.

— Не думала, что мой первый день в академии закончится вот так, – заметила Тьяна. – Лесное чудовище будет обрабатывать мне рану.

— Я не лесное чудовище, а всего лишь третьекружник, чтущий обычаи. Скажу по секрету, – он понизил голос, – когда ко мне в первую ночь в Погребе заявился Хитвик, я визжал громче поросенка. Обычно новички знают, что их ждет: у кого-то тут учились родители, у других – старшие братья и сестры. Вся моя семья выпустилась из Старика, но ни один из этих подлых людей не удосужился рассказать мне про местную традицию. Когда мы встретились на праздниках, они хохотали как сумасшедшие. Негодяи. – В голосе Еникая, когда он ругал семью, слышалась неподдельная нежность. – Тебя, значит, тоже не предупредили?

— Никто из моих не учился в Старике.

— Ого, так ты из этих.

Приподняв брови, Тьяна с прохладцей уточнила:

— Из низкосословных? Да.

— Не-ет. – Смущение удивительно шло Еникаю, разбавляя и смягчая мужественные черты. – Я имел в виду, из тех, за кого платит Вельград. А он, вне всякого сомнения, не бросает деньги на ветер. Только вкладывает, чтобы приумножить. – Воздев палец, он хохотнул. – Так говорит мой отец. Он управляет крупнейшей компанией княжества, но когда-то тоже бегал тут весь в листьях. На роль Хитвика выбирают парней покрупнее. Уф. – Еникай провел ладонью по лбу и бросил на Тьяну кроткий взгляд. – Что-то я упарился в этом костюме. Не возражаешь, если сниму? Не беспокойся, – он приложил ладонь к груди, – я под ним не голый.