Книга Академия ядов, страница 127 – Елена Станиславская

Мастер подошел к столу, отбросив тень на пару флаконов. Его движения и мимика оставались невозмутимыми, но в глазах посверкивали искры.

— Начнем. – Крабух оглушительно хлопнул в ладоши. Когда звон рассеялся, мастер с легкой улыбкой добавил: – Не спешите. Дайте господину Черепу подумать, кому он благоволит.

Здрава, выдержав пару секунд, обхватила костяную чашу ладонями, пробормотала что-то на маревском и вытянула бумажный бутон. Не развернув, откинулась на спинку кресла.

Следующими руки в череп запустили Полок и Некос. Чуть не столкнувшись лбами, они выловили по листку. Как и Здрава, юноши не стали проверять, пусты ли их жребии. Обменявшись ухмылками, оба положили бутоны на стол.

Когда очередь дошла до Морши, она склонилась над черепом и застыла. Только глаза метались по чаше, словно выискивая там единственное зерно среди плевел. Наконец рука зависла над бутонами. Пальцы заметно дрожали, на лощеных ноготках играли блики. Вытянув жребий, Морша прижала его к груди и прикрыла веки.

Крабух, обведя культистов взглядом, произнес:

— Что ж, настало время узнать…

Морша резко распахнула глаза и ахнула.

— П-простите, Корний, – пробормотала она. – В черепе остался еще один цветок. Я случайно сделала лишний. Посчитала Огния.

Заскрипели кресла – культисты одновременно повернулись к мастеру. Сердце Тьяны сжалось от тревожного предчувствия.

— Это по меньшей мере интересно. – Загадочно улыбнувшись, Крабух не спеша поднялся на высокий стул, сел и оглядел всех сверху. – В нашем деле просчет зачастую губителен. Ты перетираешь три ягоды ландыша вместо двух, произносишь «кхе» вместо «це», и все заканчивается. Но бывают случаи, один на миллион, когда ошибка помогает создать что-то новое. Как думаешь, Тьяна, – Крабух наконец посмотрел на нее, – может быть, это тот самый момент?

— Вы хотите, чтобы я… – Не закончив, она кивнула на череп.

— Я лишь говорю, что, возможно, ошибка Морши – вовсе не ошибка. Это знак. А где, если не здесь, – он обвел пространство рукой, – стоит доверять знакам.

— Корний, мы никогда раньше не включали новичков в жеребьевку, – быстро и взволнованно произнесла Здрава.

— На первых службах мы не обменивались дарами и не устраивали поединки. Развитие – в переменах. – Голос мастера обернулся в бархат. – Что скажешь, Тьяна? Хочешь ли ты испытать судьбу?

Теперь все взгляды обратились к ней. Нервные окончания Тьяны словно превратились в запаленные фитили, сердце ускорило бег, а мозг принялся быстро перебирать варианты: девять разумных «нет» и одно оголтелое «да». Она вдохнула, собираясь вежливо отказаться, но взгляд упал на пузырьки. Тьяна замешкалась.

— Ах да, ты же не знаешь условий, – произнес Крабух и покивал сам себе. – Тот, кто вытянет жребий, должен будет вкусить дар. Поскольку сегодня их два, что бывает нечасто, вкушение пройдет в формате поединка. Создатели против вкушающих. Все делают ставки, по-настоящему высокие, и мы приступаем к состязанию умов и тел. Если дар приносит вред или попросту не работает, выигрывает вкусивший. Если же дар действует, так скажем, незаурядно – победа достается создателю.

Тьяна чуть придвинулась к столу и заглянула в череп. Одинокий бутон лежал внизу и манил, как в детстве – последний кусок сладкого кукурузного хлеба. Оставить другому или взять самой? Маленькая Тьяна никогда не задавалась этим вопросом. Она брала.