Книга Академия ядов, страница 124 – Елена Станиславская

— Полок, друг мой, ты напугал нашу гостью, – хихикнул Огний. – Она так вздрогнула, будто ее ножом ткнули.

— Когда на тебя набросили мантию, ты визжал как поросенок, – сказала Здрава.

— Это был визг радости!

Тихо выдохнув, Тьяна поправила мантию. Похоже, допрос Крабуха прошел успешно, ответы ему понравились, и ее приняли в круг. Осталось понять, во что она вообще ввязалась.

Славно, конечно, что ей не накинули на голову мешок, не отвели в какой-нибудь подвал и не принесли в жертву неведомому богу, но ситуация не становилась яснее. Это раздражало.

Пока Тьяна размышляла, комната погрузилась в безмолвие. Остальные студенты неотрывно и жадно смотрели на мастера – точь-в-точь как цыплята в ожидании корма. Тогда Тьяна тоже повернулась к Крабуху и с удивлением отметила, что сейчас он – подходящее слово подвернулось не сразу – кажется ей привлекательным. То ли ракурс сыграл роль, то ли общая атмосфера тайны. Тьяна впервые заметила ямочку на мужественном подбородке и продуманно-небрежную волну золотистых волос. Усы, вышедшие из моды в прошлом десятилетии, добавляли моложавому лицу нотку старомодной основательности. В теплом свете ламп казалось, что синий огонь в глазах мастера горел ярче, чем прежде.

«Есть в нем что-то притягательное, – прозвучали в голове слова Коры. – Я бы даже сказала, властное».

— Не беспокойся, Тьяна, – произнес Крабух, – мантия ни к чему тебя не обязывает. Она просто демонстрирует, что ты здесь не чужая, но это еще не значит, что своя. Если поймешь, что не готова разделить наши идеалы, ты вольна будешь уйти. Так поступил один твой друг. Он не рассказывал?

«Мару?»

Тьяна покачала головой, а заодно ухватила краем глаза, что Морша сжала ткань на коленях и потупила взгляд. Неужели еще одна поклонница Медовича? Откровенно говоря, Тьяне хватало и Рогоз.

— Мы здесь тоже верим в знания. Как и ты. – Крабух пошел по кругу, заставляя студентов поворачивать головы ему вслед. – Не в теоретические выкладки на пыльных страницах, а в плоды умов и ручного труда. В то, что можно вкусить. – Он остановился и посмотрел на стол, где по-прежнему стояли флаконы. – Что может быть лучше, чем соединиться со своим богом? Сделать его частью себя? Познать по-настоящему?

— Ничего, – едва слышно выдохнул Некос; вряд ли он понял, что произнес это вслух.

Мысли о Мару и его поклонницах мигом истлели, будто их полили «Праховеем». У Тьяны пересохло во рту. Если она верно определила состав одного из бесунов, от его «вкушения» действительно можно было отправиться к богам. Не на это ли намекал Крабух? Вот только мастер и его подопечные не напоминали ни глупцов, ни безумцев. Тем не менее сомнений не было: здесь поклонялись ядам, считали их богами, а встречи сопровождались «вкушением».

Неспроста мастер на первом же занятии назвал бесуны «божественной субстанцией». Никаких переносных смыслов, никакого приукрашивания. Крабух верил в то, что говорил, и Тьяна сразу почувствовала это. Она вспомнила, как ненароком кивнула ему тогда и он задержал на ней взгляд. Возможно ли, что все решилось в ту самую секунду? Не нужен был ни впечатляющий вопрос, ни другие усилия. Она здесь не из-за того, что знает и умеет чуть больше остальных первокружников. Только ее отношение к ядам – вот что привлекло мастера.