Книга Кикимору вызывали?, страница 46 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

— «Позаботился»?.. – Бенито догадывался, что мсье имел в виду, но изображал недогадливость. Отчасти – потому, что делать выводы раньше времени в таком деле было чревато, отчасти – потому, что клиенты любили чувствовать себя умнее наёмника.

— Инфанта не должна стать будущей королевой Бургундии, – неожиданно серьёзно и прямолинейно произнёс заказчик. – Желательно, чтобы с ней произошёл несчастный случай. Если это будет выглядеть как спланированное убийство, но ты сможешь уйти непойманным – тоже неплохо. Если же попадёшься… – незнакомец развёл руками с этой добродушной, теперь очевидно фальшивой улыбкой. – Я не могу рисковать своим положением, пытаясь спасти твою шкуру, сам понимаешь.

— Такие условия подразумевают соответствующую оплату, – Бенито покачал вино в бокале. – Сколько вы мне предлагаете?

Мсье пододвинул мешочек чуть ближе к наёмнику:

— Это – аванс. Когда я увижу в газете заголовок «трагическая кончина невесты Его Высочества», я заплачу вам втрое больше.

Бенито потянул за тесёмку увесистого кошеля и заглянул внутрь. Золото.

Отмечать следующую точку на карте даже примерно было бесполезно. Взявшись за веревку, сыщики отправились искать очередной «манок» и, к собственному облегчению, нашли довольно быстро. Только вот знакомые линии были выбиты на каменной крышке общественного колодца!

Гомез опять взялся за серебряное долото, а синьорита Видаль отметила точку на карте и радостно хлопнула в ладоши:

— Поворот! И расстояние то же самое! Похоже, этот круг сделан не вокруг города, а вокруг порта!

Аугусто вместе с ней склонился над картой, согнул пополам веточку с ближайшего куста жасмина, замерил ею расстояние между точками и «пошагал» по карте, а шустрая девица быстро делала пометки кусочком угля.

— Круг, при этом восемь точек – в море! Как он их там расставил?

— Одну мы видели, – задумчиво сказал Гомез, уничтожив знак, – и, судя по всему, вода тем картинкам на камнях не мешала. Их же приливом захлестывает будь здоров.

— Большой точности эти приманки тоже не требуют… Значит, тот, кто их ставил, мог просто камни в нужных местах уронить с лодки. Или… – Девушка вдохновенно замерла, а потом рассмеялась: – Я поняла! Он поставил в бухте ловушки на крабов! А камни с рунами засунул внутрь, как грузила! Еще и тухлятины положил, как приманку и первую жертву…

Мужчины переглянулись:

— Запросто, – сказал оборотень. – На рассвете десятки рыбаков выходят в море. И ловушки ставят. Если приезжему захотелось половить рыбки, нанять лодку у мальчишек можно за десяток медяков.

— Почему ты уверен, что это приезжий? – уперся Медина.

— Потому что ни один рыбак не будет приманивать нечисть к собственному дому, – отрезала кикимора. – Думаете, дон лейтенант, головастики и гули – самое страшное? Эти манки могут русалок притянуть! Ни один рыбак тогда в море не выйдет! А еще хижины рыбаков ближе всего к морю стоят. Им больше всего достанется.

Аугусто нехотя согласился и уточнил:

— Как будем чужака искать? Город немаленький…

— Найдем, – отмахнулась синьорита Видаль. – Гомез завтра на зорьке к рыбарям сходит. А сегодня надо все точки найти и сломать, пока кто-нибудь пострашнее не вылез.

Спорить дон Медина не стал – свистнул ближайшему извозчику, показал серебряную монету, и они покатили по кругу, периодически останавливаясь и удивляясь изобретательности неведомого им пока вредителя. Закинуть черепок от горшка на крышу? Начертить знаки на дне фонтана? В свинарнике? В темном переулке, куда местные пьянчуги выходят справлять нужду?