Книга Кикимору вызывали?, страница 27 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

— Дядя, вы хотели меня видеть? – юноша зашёл в кабинет без стука, выдёргивая графа дю Бонне из размышлений.

— Да, Марселино, проходи. У меня есть к тебе чрезвычайно важное поручение.

Арно вытащил из ящика стола потрёпанную книгу в красном переплёте и положил её на стол перед племянником:

— Изучи во всех подробностях, пока будешь плыть в Астурию.

— В Астурию? Зачем… – юноша умолк, когда граф развернул перед ним другой документ – приказ о формировании делегации, направляющейся навстречу невесте дофина. Приказ, внизу которого красовалось имя «дю Бонне».

— Я всё устроил, ты поедешь в Овьедо и сопроводишь инфанту Изабель к нашему двору. И, – граф сделал выразительную паузу, – позаботишься о том, чтобы её высочество не стала нашей новой королевой. Неважно как. Если справишься – я сделаю тебя моим главным наследником, – пообещал Арно.

— Дядя, вы имеете в виду… отравить инфанту? – голос юноши дрогнул.

— Не бледней так, мальчик мой. Вовсе не обязательно никого травить, – граф вложил в руки Марселя книгу в красном переплёте. – Это свод законов и исторических прецедентов, касающихся женитьбы царственных особ. Уверен, ты отыщешь в этой книжонке множество неприятных случайностей, которые произойдут с инфантой Изабель и сделают её менее желанной невестой для нашего дофина. А в крайнем случае… – Арно нахмурился, пристально глядя племяннику в глаза, и прочертил большим пальцем поперёк своего горла, – изобразишь несчастный случай.

Наверное, Марсель побледнел. Граф взглянул на племянника особенно мрачно и заявил:

— Решение за тобой. Мне важен результат!

Юный дю Бонне вскочил, коснулся поцелуем графского перстня и вышел. У него оставалось всего несколько дней, чтобы собраться в дорогу – делегация придворных, встречающих гишпанскую инфанту, готовилась к отплытию уже в воскресенье после мессы.

* * *

— Что с этим можно сделать? – кикимора старательно перенесла рисунок, намалеванный кровью на известковом блоке, в свою тетрадь и уставилась на столичного гостя.

— Для начала – сломать призыв, – скривил губы лейтенант. – Эта дрянь всё ещё работает.

— Соль? Святая вода? Серебро?

— Зубило, – хмыкнул Медина. – Кровь впиталась в рыхлый камень, поэтому рисунок лучше сбить.

Железо на свалке не валялось. Местные нищие собирали всё мало-мальски ценное. Покрутив головой, девушка выбрала пару камней, удобно ложащихся в руку, и кивнула сержанту:

— Помогай, Гомез!

— Позвольте мне, синьорита, – Аугусто перехватил булыжник.

Вдвоем с оборотнем они довольно быстро превратили рисунок в нечто неопределимое. Затем хорошенько полили камень морской водой, посыпали солью и окропили водой из храма.

— Вот так почти не фонит, – лейтенант прислушался к магическому фону, – однако, я думаю, такой знак не один. Будем искать дальше?

— Придется, – сказала кикимора, разворачиваясь к странному сооружению из подгнивших досок.

Медина тоже обернулся и немедля схватился за клинок – из некого подобия шалаша неохотно выбралась зубастая тварь с длинными руками, чем-то похожая на обезьяну.

— Гуль! – опознала Карина. – Нужно серебро и святая вода!

Мужчины взялись за оружие, прикрывая кикимору собой. На их счастье, гули – сумеречные обитатели кладбищ, на солнечном свете практически слепнут, так что расправились с ним быстро. Останки пришлось жечь, а потом возвращаться в отделение – докладывать капитану, распространять рисунок «приманки» среди стражников, писать прошение на выдачу соли, амулетов и серебра для защиты патрулей.