Книга Семь писем до свадьбы с Чёрным канцлером, страница 56 – Алекс Скай

Он выдержал мой взгляд. Слишком точный удар. Комната семнадцать доказала обратное.

— Когда считаю, что нарушение не даст вам преимущества, — ответил он.

— А мне не дало бы преимущества знать, что меня считают преступницей?

— Вы начали бы вести себя иначе.

— Разумеется.

— Именно поэтому.

Я сложила лист. Очень аккуратно. Потому что если позволить рукам делать что-то резкое, следующими могли оказаться слова.

— Автор третьего письма знал?

— Не знаю.

— Люди, которые гнали нас сюда?

— Возможно.

— Король?

— О погоне — вряд ли.

— А вы знали о подозрении весь вечер.

— Да.

— И всё равно позволили мне участвовать в расследовании.

— Я не считаю вас виновной.

— Но подозреваете.

— Да.

Честность. Снова эта невозможная честность после тщательно выбранного молчания. Я вдруг поняла, почему с ним так трудно. Кайр редко говорил прямую неправду. Он просто позволял мне идти рядом с пропастью, не сообщая, где заканчивается земля.

— Вы правы, — сказала я.

— В чём? — Я протянула ему приказ.

— Теперь я действительно хочу вас ненавидеть.

Он взял документ.

— Хотеть и делать — разные вещи.

— Не испытывайте удачу.

В конце моста появились люди Рована. Начальник стражи бежал первым, за ним четверо караульных. Я отвернулась от Кайра и посмотрела на тёмную воду канала. До сегодняшнего вечера у нас было три загадки: кто оставляет письма, почему мать назвала меня седьмой и какую тайну знали шесть женщин из первого письма. Теперь появилась четвёртая.

Кто-то не просто предсказывал наши поступки. Он шаг за шагом делал так, чтобы предсказания сбывались. А король в это самое время проверял, не являюсь ли этим человеком я сама.

Глава 5. Чернила, которые помнят

Рован встретил нас на середине моста и сразу посмотрел сначала на Кайра, потом на меня, потом на расстояние между нами. Если он и заметил что-то кроме королевского приказа в моей руке и моего желания использовать этот приказ не по назначению, то оказался достаточно хорошо воспитан, чтобы промолчать.

— Человек с папкой ушёл через северный сад, — сообщил он. — Второго задержать тоже не удалось. Один из моих людей видел, как неизвестный перелез через внешнюю стену.

— Без помощи? — спросил Кайр.

— Не уверен. На той стороне его могли ждать.

— А третий?

— Какой третий?

Мы переглянулись. Я коротко рассказала о человеке, который двигался обратно к дворцу, пока нас уводили к мосту. Рован выслушал без комментариев, но складка между его бровями стала глубже.

— Значит, минимум трое.

— Или двое, — сказал Кайр. — Мы не можем доказать, что тот, кого видели позже, не был одним из первых.

— Времени слишком мало.

— Если знал короткий путь — мог успеть.

— Есть ещё короткие пути? — спросила я.

Оба мужчины посмотрели на меня.

— Не отвечайте, — сказала я. — После комнаты семнадцать предпочитаю сама находить архитектурные сюрпризы.

Рован явно собирался что-то сказать, но заметил королевскую печать на документе в моей руке.

— Что это? — Я протянула приказ ему. Кайр не мешал. Рован прочитал. Медленно. Потом ещё раз.

— Когда?

— Сегодня утром, — ответил Кайр.

— И вы знали?

— Да.

Рован сложил документ и вернул мне.

— Госпожа Вейн...

— Не надо.

— Я хотел сказать, что это не равнозначно обвинению.

— Знаю. Это всего лишь распоряжение незаметно проверить каждый мой шаг за девять лет и установить, не пишу ли я сама письма, которые предупреждают меня о моей возможной смерти. Совершенно рядовая процедура.