Книга Царь Скорбь, страница 346 – Джо Хилл

Следуя примеру Артура, Колин коснулся камня кончиком пальца и двинулся в обход гранитного зуба. Всякий раз, как он переносил вес на правую ногу, ушибленное колено отзывалось болью, а стоило обойти камень по второму разу, Колина вдруг накрыло волной головокружения. Казалось, окружающий мир вспух, вздулся, словно наполняемый дыханием ребенка мыльный пузырь на палочке с колечком. Внезапная дурнота едва не заставила сесть. Третий круг… и Колин, опустив руку, увидел перед собою ворота. Дальше путь преграждала древняя, покосившаяся деревянная рама с притолокой из белого камня, а давным-давно сгнившую без остатка створку заменяла синяя, насквозь проржавевшая автомобильная дверца, примотанная к косяку медной проволокой вместо петель. Однако этих ворот Колин, обходя камень, не видел ни в первый, ни во второй раз – не было там ничего подобного, и все тут… но Пальчик, не оглядываясь, шагнул под притолоку как ни в чем не бывало.

Артур приостановился и, прежде чем Колин успел пройти в распахнутые ворота следом за Пальчиком, схватил его за плечо.

— Теперь гляди, – скомандовал он, протягивая Колину Монокль Сюрреалиста.

Колин поднес стеклышко к глазу, и…

Увиденное поразило его настолько, что он едва не вскрикнул.

Монокль Сюрреалиста превратил обветшавшие деревянные ворота с автомобильной дверцей вместо створки в двенадцатифутовой высоты арку из алебастрового камня, украшенную резными огамическими письменами. Со стороны арка выглядела такой же новенькой, как и в тот день, когда ее вкопали в землю тысячелетие тому назад. Туннель из терновых кустов по ту ее сторону казался темным шипастым коридором не хуже тех самых пещер, куда Пальчик пообещал проводить их.

Однако сильнее всего Колина напугал сам Стю Пальчик. Сквозь стеклышко он выглядел громадиной без малого семи футов ростом, правое плечо куда выше левого, все черты уродливы, карикатурно искажены. Вдоль совершенно безволосой головы, от лба к затылку, тянулся шишковатый выпуклый гребень. Армейская куртка превратилась в холщовую рубаху, а треники – в цветастые, сплошь из заплат штаны придворного шута. Рот ему заменяла широченная зияющая щель, из нижней челюсти торчала кверху пара кривых желтоватых клыков по полфута длиной. Огромные, точно колпаки автомобильных колес, мозолистые ладони, костистые пальцы, завершавшиеся роговыми когтями, с виду изрядно острыми, вполне позволявшими вспороть человеку живот… но все же страшней, отвратительнее всего оказалась кожа – пурпурно-сизая, наводившая на мысли о многоножках и прочих тварях, обитающих под камнями.

Тут Пальчик оглянулся через задранное кверху плечо, проверяя, идут ли Артур с Колином за ним, и Колин опустил стеклышко. И шумно перевел дух. И сглотнул. И неуверенно улыбнулся Артуру, возвращая ему монокль. И внезапно почувствовал, как пересохло во рту. И уже не впервые задался вопросом, что там у Артура за талисман, якобы обеспечивающий им обоим власть над Пальчиком. Может, кольцо, позволяющее призывать молнию с неба, или спрятанный на груди, под рубашкой, шнурок со щепкой от Креста Иисусова? Ну почему, почему он не уговорил Артура рассказать, что у него там при себе для самозащиты? Неизвестность пугала почти в той же степени, как и только что показанное Моноклем Сюрреалиста.