Книга Царь Скорбь, страница 178 – Джо Хилл

— …нас попросту скрутят, а в Лондоне, после посадки, сдадут под арест. Нет, так не годится. Мне нужно добраться до ключа Святой Елены и тебе тоже. В нем кроется наш шанс на спасение.

Откинувшись на спинку кресла, Горацион устремил взгляд вперед.

— Там мы отмоемся дочиста, а после отыщем змия в его же логове и снесем ему голову. Правду сказать, этот Царь Скорбь боится нас куда сильнее, чем мы его.

— Ого, – пробормотала Элли. – Не суди обо всех по себе, бро.

Луэллин Рен всем сердцем любил книги-головоломки, изысканные детективы, написанные одной крохотной английской старушкой: в них каждое убийство являло собой загадку, приводящую в бешенство. Элли как-то попробовала прочесть одну из книжек о мисс Марпл, но бросила, не дочитав даже до середины: не смогла проникнуться к ней интересом. Похоже, Агату Кристи не интересовали тайны, интересовавшие Элли – к примеру, отчего бесстрашный и добрый Тео умер девственником, а она, пьющая как лошадь, обжимающаяся с кем попало, живет-поживает как ни в чем не бывало. Самой непостижимой тайной, которую она только могла вообразить, казалось собственное сердце: собственные порывы пугали, сбивали с толку…

Однако в этот момент она всем сердцем жалела, что пренебрегла творчеством дамы-командора^[131] Агаты. Сейчас ей самой предстояло разрешить загадку запертой комнаты, причем до полуночи, несшейся навстречу со скоростью более пятисот миль в час. То есть придумать, каким образом покончить с Горационом Мэтьюзом, человеком намного сильнее, здоровее нее, на месте – здесь, в бизнес-классе, да так, чтоб ее никто не заметил и не связал с его смертью.

Верить он мог во что угодно, но насчет помощи со стороны тщедушного, тешащегося несбыточными надеждами старика, приколоченного к кресту где-то в Центральной Айове, Элли весьма сомневалась. Пожалуй, Царь Скорбь, услышав Горациона, повеселился бы от души, да и вообще воспринял бы жуткую, медленную крестную смерть Джейкоба Вейланда как дополнительное развлечение. Конечно, Элли могла ошибаться. Хотела бы ошибиться. Уж если вера способна вытащить дракона из Долгой Тьмы, отчего бы вере не удержать его там, хотя бы на время?

Но нет, на ошибку со своей стороны надеяться было глупо. Царь Скорбь охотился на людей из составленного Колином Реестра Врагов с тысяча девятьсот девяностого – то есть вот уже шестой год, и все они молились о заступничестве, страдали, истекали кровью, терзались страхами, торговались с Иисусом, с Аллахом, со звездами… и неизменно сгорали в драконьем пламени. Разумеется, Элли не знала, трудно ли пробить чешую, покрывавшую тело Царя Скорби от головы до хвоста, но нисколько не сомневалась: самые истовые молитвы отскочат от нее, точно горох от стены.

Насчет ключа Святой Елены, в котором Горацион надеялся смыть пятно скверны, она подобной уверенности не испытывала, однако это ровным счетом ничего не значило. Смоют ли воды ключа Святой Елены скверну или не смоют, Горациону в любом случае не узнать. Откуда бы, если он не доберется даже до Хитроу? Жизнь его завершится здесь, на борту этого самолета. Вопрос только в том, удастся ли Элли прервать ее, опередив Царя Скорби, прежде чем тот спалит и его, и ее, и всех остальных прямо в небе.