Книга Полное собрание рассказов, страница 51 – Майкл Коннелли

— Уборщик из Вудленд-Хиллз имеет постоянный доступ к промышленным чистящим средствам, которые мы могли бы сопоставить с чистящим средством, использованным на теле. Он нам больше всего нравится.

МакКалеб кивнул, но ничего не сказал. Казалось, он изучает фотографии, которые теперь были разложены на столе.

— Вам нравится другой парень, не так ли? Строитель сцены из Бербанка.

МакКалеб повернулся и посмотрел прямо на меня.

— Да, он мне нравится больше. Его преступления, хотя и незначительные, больше соответствуют моделям взросления сексуальных хищников, которые мы видели. Думаю, когда мы будем с ним разговаривать, нам нужно убедиться, что мы делаем это в его доме. Мы лучше его почувствуем. Мы будем знать.

— Мы?

— Да. И мы должны сделать это как можно скорее.

Он кивнул на фотографии, лежащие на столе.

— Это была не разовая акция. Кем бы он ни был, он собирается сделать это снова… если уже не сделал.

* * *

Я был ответственен за то, что многие люди отправились в Сан-Квентин, но сам там еще не бывал. У ворот я предъявил удостоверение личности, и мне выдали распечатку с инструкциями, которые направили меня на огороженную стоянку для машин правоохранительных органов. У соседней двери с надписью "ТОЛЬКО ДЛЯ СОТРУДНИКОВ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ" меня провели через огромную стену тюрьмы, забрали мое оружие и заперли в оружейном сейфе. Мне выдали красный пластиковый жетон с напечатанной на нем цифрой 7.

После того как мое имя ввели в компьютер и отметили заранее оговоренные допуски, охранник, не потрудившийся представиться, провел меня через пустой двор к кирпичному зданию, потемневшему со временем до каминной черноты. Это был "дом смерти", место, где через неделю Сеген получит инъекцию.

Мы прошли через шлюз и металлоискатель, и меня передали новому охраннику. Он открыл массивную стальную дверь и указал мне на коридор.

— Последняя справа, — сказал он. — Когда захотите выйти, помашите рукой одной из камер. Мы будем наблюдать.

Он оставил меня там, закрыв стальную дверь с грохотом, который, казалось, отдавался в моем мозгу.

Фрэнки Шиэн был не в восторге от этого, но я был ведущим и принимал решение. Я разрешил МакКалебу пойти с нами на допрос. Мы начали с Виктора Сегена. Он был первым в списке МакКалеба, вторым — в моем. Но было что-то такое в глазах и словах МакКалеба, что заставило меня отступить и выбрать Сегена первым.

Сеген был строителем сцены и жил на Скринленд-драйв в Бербанке. Это был небольшой дом с множеством деревянных конструкций, которые можно было ожидать найти в доме плотника. Похоже, что, когда Сеген не находил работу в кино, он дома мастерил красивые оконные ящики и кашпо для цветов.

Форд Таурус с номером 1JK2LL4 был припаркован на подъездной дорожке. Я положил руку на капот, пока мы шли по подъездной дорожке к двери. Он был холодным.

В восемь вечера, когда светило уже покидало небо, я постучал в дверь. Сеген открыл дверь, в синих джинсах и футболке. Без обуви. Я увидел, как расширились его глаза, когда он посмотрел на меня. Он понял, кто я, еще до того, как я показал ему значок и назвал свое имя. Я почувствовал, как холодный палец адреналина скользнул по позвоночнику. Я вспомнил слова МакКалеба о том, что убийца следил за полицией, когда они искали его. Меня показывали по телевизору, когда я рассказывал об этом деле. Обо мне писали в газетах.