Онлайн книга «Петля Сергея Нестерова»
|
— Вовка! – забыв про радикулит, он бросился к нему с распростертыми объятиями. — Фамильярничаете, товарищ Нестеров! – Слова были чужими, а в голосе слеза проскользнула. – Дай-ка я на тебя посмотрю, золотой ты наш, сто лет не видел. – Моренов раскрыл объятья и, будучи почти на голову выше, сверху вниз оглядел Сергея. – Ничего, не изменился, все такой же, но с усами. Зазнался, правда. Не звонишь, на рюмку чая, как бывало, не приглашаешь… — Да ладно тебе, можно подумать: вам для полного счастья только меня не хватает. – Нестеров обратил внимание на спутника Моренова, лицо вроде знакомо. – Здравствуйте, мы встречались? — А ты что, не помнишь? – Не дал ответить своему товарищу Владимир. – Это же Витя Скляренко из нашего отдела… — Вы уже в Ясенево уходили, а я только пришел, – спокойно, не торопясь, дополнил выступление Моренова его худощавый спутник. — Тогда понятно. – Нестеров не мог сдержать эмоций, бьющих через край. – Мужики! Как же хорошо, что я вас встретил! — Слышь, Вить! Это он нас встретил, – с иронией парировал Моренов. – Да если б я тебя не тормознул, ты бы так и усвистал к себе. Ты, кстати, где обретаешься? — В неврологии, на третьем этаже. А вы куда? Посещений-то нет… — В урологию, к Позднякову. Помнишь его? – Нестеров кивнул. – Молодец! Он тебя часто вспоминает. Операцию Михалычу сделали, так что к нему без очереди… — Владимир Андреевич! – Аккуратно вступил в разговор Скляренко. – Может быть, пойдем потихоньку, по дороге и поговорим… — Видишь, Серега! – Они направились к лифтам. – С какими интеллигентными людьми работаем. Какое обращение: «Владимир Андреевич!». Прямо душу греет, одно удовольствие! – с легкой, но явной подковыркой произнес Моренов, но и Скляренко не остался в долгу. — Что вы, Владимир Андреевич?! А как же по-другому я должен обращаться к старшему по званию? — Вот язва! – уже в лифте констатировал Моренов и, обращаясь к Нестерову, вроде как пожаловался: – Никогда в долгу не останется. — Да как можно, Владимир Андреевич? Я вам всегда уступаю. — Нет, ты видишь, Серега!? Они продолжали легкую пикировку, пока шли по коридору, а Нестеров блаженствовал, наслаждался, слушая их, будто окунулся в прежнюю жизнь, что была пятнадцать лет назад. Те же приколы, подтрунивания, розыгрыши. А за ними, если не знаешь, не увидишь совместные дела, операции, захваты с поличным, офицерские собрания в кафешках и шашлычных… — О! Нам сюда! – Моренов ткнул в палату под номером двенадцать, приоткрыл дверь отдельного бокса и, заслонив проход своей немалой фигурой, пророкотал: – Михалыч, здорово! Мы тебе языка привели, у гардероба тепленького взяли. Увидишь, не поверишь! – и, обернувшись, дал команду. – Заводи! — Сергей! – Даже не всматриваясь, Поздняков сразу узнал его. Он полулежал на кровати, худой, бледный, ослабленный и постаревший. Вот только голос молодой, и звучала в нем такая неподдельная радость, что Нестеров не выдержал: с трудом, сколько позволяла больная спина, нагнулся, обнял и расцеловал в небритые щеки своего учителя и друга. Момент был, конечно, сердечный, но на этот раз не суждено было пролиться слезам радости. — Встреча союзнических войск на Эльбе состоялась! Ура, товарищи! – голосом диктора радио времен Великой Отечественной возвестил Моренов, и Нестерову ничего не оставалось, как сдержать эмоции и присесть на краешек кровати. |