Книга Петля Сергея Нестерова, страница 238 – Руслан Григорьев

— Я на машине…

— Все равно пошли. Или здесь будешь новый рабочий день встречать?

Молча миновали проходную, пожали руки и не в лучшем настроении и хорошем отношении друг к другу разошлись в разные стороны. По дороге на стоянку Нестеров под впечатлением разговора с Андреичем в очередной раз вспомнил свою драгоценную супругу, которая, комментируя разные возникающие с ним ситуации, всегда говорила одну и ту же фразу: «Вечно тебе, Нестеров, больше всех надо!».

Его «Жигуль»-пикап стоял, скособочившись, – спустило заднее правое. Сергей попытался подкачать – бесполезно, воздух со свистом выходил обратно. Достал запаску, поставил, поднял пробитый баллон над багажником, нагнулся с вытянутыми вперед руками и заорал, как резаный, – страшная боль молнией пронзила позвоночник. Колесо выпало из рук и грохнулось вниз, а Сергей еле-еле разогнулся. Зараза! Старая болячка, радикулит проклятый. Он стал соображать, что делать: «Времени – девятый час, поликлиника закрыта. Вызывать «скорую» на стоянку? До проходной еще дойти надо, метров триста. Может, попробовать самому, потихонечку?». Кое-как залез в кабину, пристроился – вроде ничего, терпимо. Завел машину, тронулся и черепашьим шагом, вскрикивая и ругаясь на каждой кочке, дотащился до дома на Чистых прудах. Они переехали туда, съехавшись с тещей, после смерти в один год его мамы и Любиного папы. Ночью, уже из дома вызвали городскую «скорую» – сил не было терпеть такую боль. После осмотра пожилой врач в категоричной форме предложил госпитализацию и Нестеров, радикулитчик со стажем, согласился. Показал удостоверение и попросил отвезти его в госпиталь КГБ на Пехотную. Там его приняли дежурные врачи, накололи сильнодействующими препаратами и на каталке отправили в неврологию, куда он попал в первый раз с тем же самым диагнозом еще в семьдесят втором году, почти сразу после выпуска из Вышки. Проснулся Нестеров от нестерпимой боли, попросил позвать медсестру или доктора, и через короткое время в палате появилась средних лет женщина с неярко выраженными чертами лица восточного типа. Собственно, разглядывать ее он не пытался, не до того было.

— Здравствуйте, Сергей Владимирович. – В руках несколько листочков, видимо, тех, что заполнили на него в приемном покое. – Я – ваш лечащий врач, Диляром Фархатовна. Давайте посмотрим вас. – Она говорила низким, успокаивающим, приятным на слух голосом.

С этого момента закрутилась, понеслась знакомая лечебная карусель: анализы, процедуры, таблетки, уколы. По кругу прошел всех врачей, как на диспансеризации. Недовольный жизнью, угрюмый терапевт, выяснив, что повышенное артериальное давление у него чуть ли ни с детства, влепил гипертонию второй степени, что, впрочем, совсем не огорчало – болезнью больше, болезнью меньше: какая разница? Дней через десять радикулит стал отпускать и после завтрака Сергей впервые спустился на первый этаж, где на столике рядом с гардеробом выкладывали свежую прессу. С периодической печатью он опоздал, все смели до него. Расстроенный Нестеров, не обращая внимания на двух мужчин, сдававших в гардероб верхнюю одежду, развернулся и пошел в вестибюль к лифтам.

— Привет симулянтам! – раздалось за спиной.

Сергей обернулся. Перед ним с улыбкой хитрована и чертиками в глазах, чуть улыбаясь, стоял раздавшийся в плечах, возмужавший, с ранней сединой в волосах ежиком, не теряющий ни при каких обстоятельствах чувство юмора Володя Моренов.