Онлайн книга «Шпионская леска»
|
Из музыкального центра лился задумчивый гитарный перебор. — Мы пригласили Пола Бокьюза, — раздался из переполненной гостиной голос Дики, — но он прислал вместо себя своего помощника. — Тут Дики заметил нас. Он обернулся и произнес елейным голосом, как он всегда говорил, когда шутил: — Глория, дорогая! Ты выглядишь просто изумительно! — И почтительно поцеловал ее в обе щеки, умудрившись при этом не испортить макияж. — А, Бернард, старина! — сказал он так, словно для него мой приход — полнейшая неожиданность. — Нет необходимости вас представлять. Присоединяйтесь. Сегодня здесь все свои. Большинство присутствующих уже, по-видимому, пропустили бокал-другой вина, поскольку в доме царил тот характерный шум — отрывистый и громкий смех, возбужденные голоса, — какой бывает, когда собирается слишком уж веселая компания. К нам подошла Дафни Крайер. Она всегда мне нравилась. В меру сил я помогал ей уживаться с Дики. Конечно, Дафни никогда не заговаривала со мной на эту тему, но иногда мне казалось, что она считает меня товарищем по несчастью: нам обоим не слишком удалась супружеская жизнь. Дафни познакомилась с Дики, когда училась в художественной школе. Она так и не смогла расстаться с этими двумя своими привязанностями. В нынешний вечер гостиная была украшена японскими фонариками и бумажными рыбками. Не исключено, что именно Дафни предложила устроить этот раут, вдохновленная своим изумительным новым кимоно, расписанным всеми цветами радуги. И действительно: маловероятно, чтобы Дики устроил вечеринку в связи с покупкой нового смокинга. Впрочем, я ни за что не смог бы поручиться. Дафни спросила, как мои дела, спросила тоном искренним, неравнодушным, и я понял, что ей действительно это интересно. Мне не хотелось расстраивать ее рассказами о своих невзгодах, и я решил перевести разговор на другую тему: высказал восхищение по поводу ее кимоно и прически а ля мадам Баттерфляй. Кимоно она купила в Токио, во время отпуска. Они ездили на десять дней в Японию вместе с соседями. Мне, честно говоря, было все равно, что происходит там на Гинзе, но Дафни все ужасно понравилось, даже сырая рыба. Она сказала, что Глория прекрасно выглядит. Я согласился, невольно вспомнив о том, что Крайерам понадобилось более трех лет, чтобы решиться наконец принимать нас с Глорией обоих, вместе. По иронии судьбы это совпало с решением моей жены вернуться ко мне. — Дики говорит, что вся работа в офисе остановилась, как только ты уехал, — сказала Дафни. — Раз Дики говорит, значит, так оно и есть, — согласился я. — Дики стал каким-то скучным, погрустнел… Полностью ушел в себя. Мне его жаль. — Но я вернулся… — Я очень рада, — улыбнулась Дафни. Мне стало интересно, что именно Дики рассказал ей о моей жизни в Берлине. Я надеялся, что ничего. Впрочем, эта женщина умела выуживать из Дики информацию. Она знала, как с ним обращаться. Мне следовало бы взять у нее несколько уроков. — Мы оборудовали мансарду, — сказала Дафни. — У меня теперь наверху маленькая студия. Ты обязательно должен на нее взглянуть, когда придешь в следующий раз. — Студия для занятий живописью? — Но в основном натюрморты: фрукты, цветы и прочее. Дики хочет, чтобы я вернулась к абстрактной живописи. Но он так надоел мне своими советами… В конце концов я не выдержала и занялась фруктами да цветами. Дики вечно во все вмешивается, ты же его знаешь… |