Книга Джули Чан мертва, страница 133 – Лианн Чжан

Она приоткрывает губы, глубоко вдыхает, будто хочет почувствовать мой запах, уловить след Это, который коснулся меня.

— Конечно, моя дорогая Джули. Все что угодно. Все что угодно для нашей семьи. Мы защитим тебя. Я тебя люблю.

Белладонны сливаются в единое целое, их руки оплетают меня, я будто попадаю в сеть. Они поднимают меня, кружат в воздухе.

— Конечно! Мы любим тебя. Мы будем с тобой всю ночь, всегда, – воркуют они, пока мы не оказываемся в моем бунгало.

Мы валимся на кровать, это переплетение рук и ног сейчас напоминает мне кучу свежевыловленной рыбы. Они прижимаются ко мне, как курицы-наседки, гладят мои волосы, разминают руки влажными пальцами.

— Давай спать, – говорят они.

— Подождите.

Я выскальзываю из их объятий, и они с любопытством оглядывают меня. Я скрываюсь за углом. На мгновение становится легче: находиться от них на пусть и небольшом расстоянии – уже глоток воздуха. Но я слышу их дыхание. Они дышат в унисон, как будто медитируют. С гулко бьющимся сердцем я провожу большим пальцем по замку. Открываю чемодан и нахожу SLEEPY BEARS. Пластиковый контейнер поблескивает в вечернем полумраке. Маленькие фиолетовые медвежата смотрят на меня, туповато улыбаясь.

Я возвращаюсь, пряча снотворное за спиной.

— Мне так страшно. Меня вдруг накрыло волной обреченности.

— Обреченности? – спрашивает Майя.

Я киваю.

— Как будто меня сейчас «отменят».

Гремит гром. Девушки ахают, их лица искажаются, рты раскрываются. Даже Белла Мари смотрит испуганно.

Я киваю еще увереннее, радуясь, что они реагируют именно так.

— Мне так страшно, что я точно не смогу сегодня уснуть. – Я показываю им пузырек SLEEPY BEARS. – Я знаю, что, если приму это, засну. Но, – я сглатываю, – мне будет так одиноко, если вы меня не поддержите.

Я срываю пломбу и высыпаю несколько жевательных мишек в ладонь. Смотрю на Белладонн широко раскрытыми, полными обожания глазами.

Они переглядываются, не зная, как поступить.

Да вы издеваетесь? Они только что глотали мышат, как конфеты, а тут боятся каких-то сомнительных несертифицированных усыпляющих мармеладок?

Серьезно?

Я вытягиваю вперед дрожащие руки.

— Это безопасно, – говорю я Белле Мари. Только она может убедить остальных. Я подхожу ближе и беру одну мармеладку сама, в доказательство. – Они со вкусом лимонада и лаванды.

В глазах Беллы Мари мелькает беспокойство.

— Пожалуйста, – говорю я. – Мне так одиноко, так грустно, так страшно. И я не хочу принимать снотворное одна. Я думала, мы семья.

Белла Мари внимательно смотрит на меня. Наконец она кивает и кладет мишку в рот. Увидев это, остальные следуют ее примеру. Но на всякий случай я добавляю:

— Одного недостаточно. Нужно два, чтобы подействовало.

Я кладу второго мишку на язык. Может, потому, что они уже согласились, но девушки не спорят и берут еще по одному.

На самом деле, одной дозы достаточно, чтобы любого вырубило до утра. Две – это перебор, особенно для новичка. Но я принимаю SLEEPY BEARS каждый день уже несколько месяцев. Организм привык. Обычно мне нужно шесть, чтобы заснуть. Два – это ничто.

Но для тех, кто не привык…

София уже зевает, широко раскрывая рот. Сонливость оказывается заразительной.

Все вяло моргают.

Я зеваю вместе с ними и заползаю под одеяло.

Они сбиваются вокруг, их руки и ноги ложатся на меня, оплетая мое тело.