Онлайн книга «Безмолвный перевал»
|
Идущие в юго-западном направлении, эти горы слагаются из череды параллельных хребтов, рассеченных узкими сухими ущельями, рубцами на теле древней земли. В северной части Сулейманы образованы двумя параллельными хребтами, которые разделяются у реки Сури на несколько самостоятельных гряд. В Сулейманах мало поперечных долин, из-за чего край выглядит особенно диким и замкнутым. Столетия назад в этой неприветливой местности торговцами, воинами и кочевниками проложены важнейшие сухопутные пути, связывавшие народы Средней Азии и Индии. Сложившиеся тогда транспортные артерии активно используются и поныне, причем сегодня они обрели стратегическое значение для продвижения войск. В Сулейманах воинские части вынуждены действовать разрозненно: горная местность дробит силы и заставляет вести боевые действия лишь по отдельным направлениям. Главным образом сражения разворачиваются вдоль узких придорожных полос, пробитых сквозь каменные громады, где твоя тропа становится одновременно и путем продвижения, и ловушкой для неосторожных. По пылким заверениям белуджа Сирдара, в Сулейманах насчитывается до трех сотен проходов. Беда в том, что единицы из них пригодны для передвижения даже незначительной, легкой автоколонны, да и коннице тут пробираться непросто. Пути, пролегающие через горы с востока на запад, сопряжены с серьезными трудностями: маршрут осложнен острым дефицитом воды, топлива, фуража и продовольствия, а потому требует масштабной предварительной подготовки. В первую очередь важны два ключевых прохода. Первый — Хайберский, ущелье протяженностью 53 километра, где река Кабул прорывается в Пенджаб. Через него проложена дорога из афганской столицы в Пешавар. Второй — Боланский, через который тянется путь из Кандагара в Кветту, не менее важный в военном отношении. Помимо них, движение возможно через Курамский, Точийский и Гомульский проходы, местами необычайно узкие, требующие от военачальников особой осмотрительности и расчета. Гомульский проход, он же Гомульское ущелье — маршрут длиной 235 километров, которым группа «Дон», выехав из Газни, преодолела Газнийское плато и попала в Сулейманы. С тяжелым молчанием они, уставшие от многотысячелетнего наблюдения за людской суетой, отодвинулись от двух советских «уазиков», пыливших по ползущей вверх дороге. И чем выше взбиралась команда Богданова, тем, казалось, дальше старались отодвинуться горы. Когда смотришь на них издали, то кажется, будто по мере приближения они нависнут над тобой серой стеной и задавят тебя. Иллюзия бессовестно лгала. Если не спускаться в ущелье, то никаких стен с тенями не видишь, вокруг лишь необъятный простор, горные пики окружают на почтительном отдалении, давая возможность полюбоваться на их то заостренные, то сглаженные, округлые макушки. Дорога, петляющая между глыбообразных скальных выступов, кажется бесконечной лентой, вырубленной в прочнейшей породе. Естественно, «дорогой» эту ленту приходится называть условно. Ни асфальта, ни ограждений, никаких иных признаков вмешательства цивилизации, даже колеи от арбы не видно. Обычная полоса утоптанного грунта, достаточно широкая и ровная, чтобы по ней передвигались машины и кони. Крупные угловатые камни, острые, как волчьи зубы, повсеместно торчат из этой полосы, будто нарочно пытаются остановить любой транспорт. Местами она превращается в крайне узкую петляющую тропку, где неверный поворот руля может стоить жизни. По сути дела, горная дорога сотворена силами природы. Талые воды и ветра сгладили податливый мергель[4], образовав вот такие выровненные участки, которые путешественники приспособили для передвижения через хребет. |