Книга Чужак и не его Сновидица, страница 232 – Рина Белая

Ноги подогнулись. Я упала на колени и согнулась почти пополам, опустив голову, будто сил держаться прямо больше не осталось. Слезы холодили кожу. Горло саднило после крика, дыхание срывалось.

Я могла просидеть здесь хоть вечность. Могла кричать и проклинать Мархуса до потери голоса. Связь от этого никуда не исчезнет.

Мысль пришла резко и отрезвила лучше ледяной воды.

Раз заколдовал, значит, можно и расколдовать.

Я вытерла мокрые щеки тыльной стороной ладони и подняла голову. Кажется, я даже знала, где искать ответ. «Истоки Гиштара» были взяты из его дома. Значит, там могли храниться и другие книги о старой магии. Возможно, среди них найдется та, где сказано не только о том, как замкнуть Круг, но и о том, как его разорвать.

Эта мысль заставила меня собраться. Я представила его дом и осторожно раздвинула темноту. Она послушно разошлась, открывая узкую щель. Сквозь нее в пространство сна проникла тонкая полоса золотистого света.

Я замерла и прислушалась. Из пещеры не доносилось ни голосов, ни шагов. Только едва слышно плескалась черная вода. Я расширила проход. За ним показались глубокие ниши, вырезанные прямо в скале и плотно заставленные книгами. Выходить в Бездну я не рискнула. Подтянула проход вплотную к книжным нишам и, оставаясь в темноте сна, вытащила ближайший том.

Страницы покрывали острые, похожие на царапины знаки. Я перелистнула несколько листов, ничего не поняла и вернула книгу на место. Вторая оказалась написана на том же языке. Третья – тоже.

Я перебирала книги все быстрее и все сильнее раздражалась. Большая часть книг оказалась бесполезной: незнакомые письмена, странные схемы, изображения существ, созданных природой явно в дурном настроении. Немногие морвенские тексты больше напоминали анатомию насилия и власти и тоже отправлялись обратно.

— Если скажешь, что именно ищешь, я, возможно, смогу помочь.

Знакомый голос заставил меня вздрогнуть. От неожиданности я едва не захлопнула портал, резко потянув на себя тени. Проход сузился до тонкой щели, золотистый свет почти исчез. Но уже в следующую секунду здравый смысл взял верх над страхом.

Мезира не должна была причинить мне вред. Я была связана с ее сыном. Все, что случится со мной, могло отозваться и в нем.

Я осторожно раздвинула тени. Щель стала шире, снова открывая книжные ниши и неподвижную фигуру Мезиры. Она стояла в нескольких шагах и спокойно ждала, не пытаясь приблизиться. Я расширила портал настолько, чтобы пройти, и шагнула в пещеру.

Едва тени за спиной растаяли, меня наотмашь ударило чужой яростью.

Она хлынула через узы так резко, что внутри мгновенно вспыхнуло желание крушить все вокруг. Сорвать книги с полок, швырнуть их в стены, закричать – лишь бы выплеснуть хоть немного этого бешенства. Дыхание перехватило, и я уперлась ладонями в колени, пытаясь удержаться на ногах.

От необдуманного поступка меня остановило только присутствие Мезиры. Окажись я в пещере одна, наверняка что-нибудь разнесла бы.

— Почему ты не закрываешься от него? – спросила она.

Я медленно, преодолевая сопротивление собственного тела, выпрямилась. Все мое внимание теперь было сосредоточено только на ней.

Она подошла ближе и остановилась почти вплотную, заставив меня инстинктивно напрячься. Ее взгляд прошелся по моему лицу, задержался на шее, груди, руках, словно она видела не меня, а нечто совсем иное. На мгновение в ее глазах даже промелькнуло восхищение.