Книга Чужак и не его Сновидица, страница 101 – Рина Белая

Я подняла голову и осмотрелась.

На длинном столе, стоящем прямо посреди газона, грудой лежали тарелки. Тонкий, почти прозрачный белый фарфор. Чужак стоял у стола, брал тарелки по одной, подцепляя двумя пальцами за край, и коротким движением швырял вверх, в темноту. В его движениях не было ни капли уважения к месту, где он находился. Чужой двор, чужой дом, чужая история – все это существовало для него лишь как удобная площадка.

Сбоку, слегка пригнув колено, стоял Шед. Короткий щелчок арбалета – и тарелка с глухим хлопком разлетелась на осколки. Несколько мелких кусков зазвенели по камню.

— Двенадцать – двадцать, – раздраженно бросил чужак.

Он даже не посмотрел на разбитый фарфор. Только чуть повел кистью, взял следующую тарелку и запустил ее с такой силой, что она взмыла вертикально вверх. Я даже не успела проследить за ней взглядом – лишь смазанная белая полоса на краю зрения, исчезнувшая быстрее мысли.

Шед вскинул оружие. Раздался очередной щелчок. Высоко над нашими головами что-то звякнуло, и на траву посыпался мелкий фарфоровый град. Один кусок с серебряной птицей ударился о край стола, подпрыгнул и раскололся еще раз уже на камнях.

— Гиштаров пес, – выругался чужак. – Двенадцать – двадцать один.

Шед коротко усмехнулся, направил арбалет вниз и принялся неторопливо вставлять новый болт в пазы.

Чужак чуть повел подбородком, словно втягивая воздух и вдруг замер, затем медленно повернул голову в мою сторону. Его взгляд задержался на мне – скользнул по лицу, волосам, плечам. Между бровей пролегла глубокая складка. На мгновение мне показалось, будто его раздражает само мое присутствие, но едва наши взгляды встретились, как он криво усмехнулся и кивнул на Шеда.

— Стрелять умеешь, Сновидица?

— Нет.

— Иди ко мне. Научу. Шед, дай ей арбалет.

Я попыталась отказаться, но Шед уже шел ко мне. Остановившись напротив, он молча протянул арбалет прикладом вперед.

Я поднялась с травы и уставилась на оружие.

— Бери. И мой тебе совет – не испытывай его терпение. Не сегодня.

Я нахмурилась, не понимая, о чем он. Арбалет оказался тяжелым и неудобным.

— Я не умею, – повторила я, неловко перехватывая его двумя руками.

— Это заметно, – отозвался чужак.

Шед тем временем взял со стола очередную тарелку, вернулся на свое место и поднял ее двумя пальцами над головой.

— Держи крепче. Ну давай, Сновидица, хотя бы сделай вид, что целишься.

Я перевела взгляд на Шеда. Он стоял в десяти шагах напротив меня совершенно спокойно, будто речь шла не о заряженном арбалете, направленном ему в голову, а о какой-то скучной тренировке. Даже чужак рядом со мной выглядел заинтересованнее.

Я кое-как подняла арбалет, попыталась прицелиться и почти сразу опустила его.

— Нет.

— Что «нет»? – лениво спросил чужак.

— Я так не могу!

— Хм… Тогда давай так. Попадешь – спишем твой долг за мальчишку.

Долг за мальчика… Наркар, это был удар точно в слабое место. На одно короткое мгновение внутри все болезненно дернулось от мысли, что все действительно может быть так просто: одна разбитая тарелка и одной страшной цены станет меньше. Я снова подняла арбалет, но он тяжело тянул руки вниз, непривычный, неудобный и слишком опасный. И чем дольше я смотрела на Шеда, тем яснее понимала: стоит мне промахнуться и болт войдет прямо в живого человека. Руки сами собой затряслись, наконечник начал описывать безумные круги.