Книга Неудавшееся свидание, страница 25 – Бет О'Лири

Затем дверь в благотворительный магазин распахивается, и внутрь, спотыкаясь, вваливается Джозеф Картер. Белыми от холода руками он хватается за ближайший книжный шкаф, чтобы не упасть.

И тут Джейн все вспоминает.

Разъяренный мужчина, ввалившийся в кабинет ее начальника. Джозеф.

Крики, с грохотом захлопнутая дверь. «Это ваша вина. Несчастный случай». Эти и другие подобные слова она слышала через стенку, их смысл ускользнул от нее. Затем он, спотыкаясь, вышел из кабинета – лицо перекошено, рука с побелевшими костяшками цепляется за косяк.

Он и правда работал в ее старом офисе. Их пути уже пересекались – давно, когда Джейн была совершенно другим человеком.

— Всего лишь небольшой дождь, – отряхиваясь, с горькой усмешкой говорит Джозеф. – Простите, я вам тут лужу сделал.

— Схожу за шваброй. – Мортимер шаркающей походкой удаляется из торгового зала.

— Привет, – говорит Джозеф, улыбаясь застывшей на месте Джейн. – Не найдется ли у вас зонтика? Хотя вряд ли…

«Спроси у него, – думает она. – Скажи ему, что помнишь его, что вы уже встречались. Спроси у него, что случилось в тот день, что вызвало у него такую ярость».

— Так. – Она подходит к плетеной корзине, в которой хранятся зонты.

Один со Свинкой Пеппой, другой в открытом виде принимает форму сердечка, а на третьем красуется надпись «Я тебя прикрою!».

— Выбор за тобой, – говорит Джейн.

Лицо Джозефа озаряется радостной улыбкой, пока он изучает ассортимент. Его пальто блестит от влаги, волосы зализаны назад, и он еще красивее, чем обычно, – широкоплечий, розовощекий, умытый дождем.

У Джейн есть свои причины, чтобы не говорить о прошлом. Они с Джозефом до сих пор обходились без обсуждения жизни в Лондоне, и он явно не узнаёт ее – так зачем открывать этот ящик Пандоры? Вдруг он не захочет с общаться, если узнает, кто она такая? И пусть Джейн поклялась держать его на расстоянии, поклялась игнорировать то головокружительное ощущение, которое испытала, когда он прижался губами к ее щеке, сама мысль о том, что она может потерять его сейчас, невыносима.

«В этом-то и проблема, – думает она с тоской, когда Джозеф открывает зонт в форме сердца и прыскает со смеху. – Вот почему мне нужно ограничиться растениями и кошками».

— Не накручивай себя, – говорит Адель, будто не она весь последний час обсуждала с Мирандой разные сценарии, один хуже другого. – Просто подожди и послушай, что он скажет.

Они на вокзале Ватерлоо: Миранда решила, что будет неплохо пройтись с сестрами по магазинам на Лонг-Акр^[1], прежде чем уехать в Уинчестер к Картеру на выходные, но прогулка с девчонками не придала ей уверенности, как она надеялась.

Адель и Фрэнни проявляют живейший интерес к тому, что на самом деле произошло в День святого Валентина. Им только что стукнуло восемнадцать, они близняшки – разнояйцовые, хотя у них обеих круглые карие глаза и склонность относиться к Миранде как к старомодной и немного нелепой старшей сестре. А еще со вчерашнего дня они живут в ее квартире.

Адель месяцами доставала Миранду: сестрички отчаянно хотели вырваться из родительского дома и начать взрослую жизнь, но ни одной из них еще не удалось найти работу. Когда соседка по квартире съехала, Миранде становилось все сложнее находить предлоги, чтобы не пустить их пожить в свободной комнате, и после небольшой трагедии в Валентинов день Миранда наконец уступила.