Книга Неудавшееся свидание, страница 139 – Бет О'Лири

— Я знаю. Но он не должен звонить.

Шивон окончательно проснулась и теперь слишком бодра, чтобы снова уснуть. Она смотрит на часы – половина шестого, – а затем поворачивается на другой бок, оказавшись лицом к лицу с сонным, взлохмаченным Джозефом. Она задается вопросом, перестанет ли когда-нибудь считать пробуждение рядом с ним роскошью, зная, что он полностью принадлежит ей. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ее опять раздирает изнутри – кажется, что, как только она впустит его в свое сердце, он исчезнет.

— Ты сейчас думаешь о том, что я сбегу? – спрашивает Джозеф, не открывая глаз. Он целует ее пальцы, переплетая их со своими.

— Да. – Возможность говорить с ним начистоту действует на нее обезоруживающе. Всякий раз, когда она это делает, а он остается, всякий раз, когда она показывает ему еще частичку себя, а он не сбегает… шрам у нее на сердце будто бы становится бледнее.

— Тебе станет легче, если я скажу, что не сделаю этого?

— Не сбежишь?

— М-м. – Он придвигается ближе, вновь приникая губами к ее рукам, и по очереди покрывает поцелуями каждый пальчик. Под этим натиском ладони приятно тяжелеют.

— Тебе пришлось бы так много раз повторить это, что ты бы задолбался. Вот честно. Это все равно что лить воду в бездонную бочку. – Она пытается изогнуть губы в горькой усмешке, но не успевает: Джозеф касается губами ее губ.

— Я не против. Я готов и дальше это говорить. Хочу повторять это снова и снова, пока ты не поверишь, что это правда.

Она улыбается, углубляя поцелуй.

— А ты? – наконец говорит она, откидываясь на подушку. – Я ведь… Я на самом деле сбежала, когда перестала с тобой разговаривать в прошлом году. Ты волнуешься, что это может опять произойти?

— Да постоянно, – отвечает Джозеф, притягивая ее ближе и прижимаясь всем телом.

От их тесного контакта живот Шивон наливается тяжестью, но к ощущению примешивается чувство вины.

— Ну, я не такой спец по заверениям, как ты, – извиняющимся тоном говорит она, прикасаясь губами к его ключице.

— Ну, а может… – Джозеф замолкает, не договорив.

Шивон слегка отстраняется. В его голосе слышатся какие-то новые нотки. Пригнув голову, он оставляет дорожку поцелуев у нее на плече; у Шивон складывается впечатление, что он избегает смотреть ей в глаза.

— Может, скажешь один раз, только на полном серьезе, и я тебе поверю, – предлагает он.

Шивон пережидает приступ паники – он хочет от нее большего, она не может этого дать, не может вот так впустить его в свою душу, – а потом сдается. С начала этого года она уже проделала такой большой путь. Это сродни чуду – даже испугавшись, знать, что страх скоро отступит.

Она накрывает ладонью его щеку и меняет положение тела, чтобы встретиться с ним взглядом. У него слегка напряженный, даже немного взволнованный взгляд.

— Я твоя, – произносит Шивон. – Я люблю тебя. Больше никаких исчезновений. Я пришла, чтобы остаться.

«Джейн? Пожалуйста, позвони мне, когда сможешь. Прости, что в Новый год вел себя как полный урод. Позволь мне объяснить… Я не стану оправдываться, но я бы очень хотел с тобой поговорить. Дай мне шанс. Целую».

Джейн сглатывает, кладя телефон на кофейный столик экраном вниз.

— Джозеф? – доносится из кухни голос Эгги, которая готовит им ризотто на обед.

После Нового года Джейн вернулась в свою прекрасную квартирку с белыми стенами. Она все равно больше не могла позволить себе снимать дом в Уэльсе и ужасно скучала по Уинчестеру – она и не думала, что человек может так сильно скучать по какому-то месту. После ее возвращения они с Эгги завели традицию совместных обедов в квартире у Эгги.