Книга Позывной "Ноль", страница 98 – Кристи Хант

— Ты мне так и не рассказал его историю. Расскажи сейчас. Я поняла, что оно для тебя дорого… но почему?

Морган долго молчит, глядя на ее руку, и его жесткое лицо на секунду смягчается:

— Это единственная память о моей матери. Все, что от нее осталось. Я всю жизнь думал, что она меня бросила, а оказалось — нет. Теперь я знаю правду. Спасибо Саманте…

Кристина крепче сжимает его холодные пальцы, заглядывая в его угасающие глаза:

— Это лучший подарок! Я его сохраню навсегда. Знаешь… когда я подписывала те документы… и стала твоей женой… я думала, что все что мечты рассыпались. Я так хотела мирной жизни с любимым и любящим мужчиной, так хотела взаимопонимания и уважению. Теперь я поняла, какой бесценный дар преподнесла мне судьба. У меня есть ты! Лучший муж!

Договорить они не успевают. Сверху, со страшным свистящим грохотом прилетает огромный кусок скалы и бьет в капот. Раздается оглушительный взрыв металла, внедорожник сильно везет юзом, швыряет в сторону и поднимает на два колеса, балансируя на грани того, чтобы кувыркнуться и заживо похоронить всех под тоннами пепла. Кристина вскрикивает, но Генерал проявляет высший армейский пилотаж: он сцепляет зубы, до хруста в костях выворачивает руль и чудом стабилизирует летящий боком автомобиль. Капот лопнул, радиатор пробит, двигатель хрипит, стучит и работает из последних сил, но эта груда железа упрямо продолжает ползти сквозь лед вулканической зимы к спасительным лесам Аляски.

Когда они наконец добираются до секретной зоны Фэрбанкса, машину приходится бросить. Дальше — только пешком сквозь обжигающую метель, потому что за этой точкой велось плотное наблюдение, и любой звук мотора — это приговор. Мужики уже не идут, они ползут. Кай тащит за собой разодранную ногу, оставляя на сером снегу широкую кровавую полосу. Морган хрипит, цепляясь здоровой рукой за обледеневшие корни деревьев, а Генерал буквально на зубах волочит свое пробитое арматурой бедро. В своем огромном бушлате, Кристина кажется хрупкой, испуганной птицей. Она пытается на ходу наложить давящие повязки, рвет зубами обледеневшие бинты, но ее пальцы цепенеют, кожа на руках трескается от мороза. Мужчины не слушают ее и сантиметр за сантиметром приближаются к Ковчегу.

Вокруг секретных координат разворачивается сущий кошмар. Вся территория усеяна раскуроченными, сожжёнными машинами военных. Всюду в неестественных позах застыли засыпанные пеплом трупы солдат, — те, кто следил и пытался прорваться сюда раньше. Огромная скала над объектом частично обрушилась, похоронив под тоннами валунов людей, транспорт и парадный въезд.

— Нам в другую сторону, — выдавливает из себя Морган. — Вход в Ковчег с другой стороны.

Они огибают скальный выступ и двигаются к гигантскому ржавому экскаватору, за ним в глубоко вырубленной нише и скрывается гермодверь в Ковчег. Морган тянет на себя неприметную железную пластину, там — старый армейский телефон. Он из последних сил крутит тугую ручку генератора, прижимает трубку к уху:

— Саманта… Это Морган. Я выполнил миссию. Я привез Кристину. Мы у входа. Открывай!

Проходит вечность, прежде чем многотонная стальная плита шлюза со скрежетом сдвигается в сторону. Из теплого, залитого мягким светом тамбура выходит доктор Саманта Джонсон. Ее взгляд холоден и расчетлив. Она оценивающе смотрит на эту кучку окровавленных людей и ее лицо кривится: