Книга Дурная кровь, страница 81 – Уильям Марч

Реджинальд зажег сигареты для себя и своей слушательницы, после чего продолжил рассказ. Ричард Браво выполнил замечательное исследование личности Августа Денкера, которого считал типовой, предопределенной жертвой из числа тех, что одна за другой возникали на пути серийной убийцы и вследствие природной доверчивости и простодушия способствовали торжеству злодейки на протяжении столь длительного срока. Реджи видел фотографию Августа Денкера, сделанную примерно в то время, когда он женился на этой невероятной женщине. Это был блондин с тонкими, почти женственными чертами лица; глаза его смотрели на мир невинно и чистосердечно. Денкер отличался миловидностью несколько отталкивающего свойства, а кроме того, играл на скрипке, но, говорят, не слишком хорошо…

Миссис Пенмарк прижала ладони к глазам, покачала головой и пробормотала себе под нос:

— Нет. Нет, не на скрипке. Точно не на скрипке. Он играл на каком-то духовом инструменте – во всяком случае, на чем-то таком, во что надо дуть… Кажется, на корнете.

На террасу вышли несколько человек и, увлеченные болтовней, расположились неподалеку. Реджинальд молчал, пока компания не покинула пределы слышимости, а затем возобновил повествование о миссис Денкер и ее поразительных достижениях. Когда Бесси выходила замуж за Августа Денкера, у нее уже был разработан «генеральный план» уничтожения его семьи, и долгое время преступления случались точно по расписанию.

Через минуту Кристин перебила Таскера:

— Но как ей удавалось оставаться безнаказанной? Неужто после стольких смертей никто ничего не заподозрил?

По мнению Реджинальда, умение Бесси Денкер постоянно выходить сухой из воды было не столь удивительным, как представлялось миссис Пенмарк. Во-первых, хорошие люди редко проявляют подозрительность. Им не представить, что ближние способны на такие злодейства, которые им самим и в голову не придут. Как правило, окружающие выбирают самое недраматичное объяснение и перестают об этом думать. Кроме того, обыватели склонны считать, что внешний облик серийного убийцы столь же ужасен, как его душа, что более чем далеко от истины. После паузы Реджи добавил, что в реальной жизни эти чудовища обычно выглядят и ведут себя более нормально, чем их действительно нормальные родичи. Они являют собой более убедительную картину добродетели, чем сама добродетель, – подобно тому, как восковой бутон розы или пластиковый персик с виду кажутся более совершенными, более соответствующими умозрительному представлению разума о бутоне розы или персике, чем несовершенный оригинал, с которого они скопированы.

Таскер деликатно потянулся и вернулся к повествованию. Бесси Денкер, по-видимому, была одной из самых талантливых притворщиц своего времени: она ходила в церковь, охотно общалась с родственниками мужа, без устали пекла пироги и кексы для церковных базаров и делала продуманные благотворительные подношения тем, кому меньше повезло в жизни.

Реджи продолжал рассказывать, но миссис Пенмарк, проявляя все большее беспокойство, снова перебила его вопросом:

— Кто такая Ада Густафсон? Какую роль она играла в делах миссис Денкер?

Реджинальд стряхнул пепел на траву возле террасы и усмехнулся:

— Ах, эта!

И почти тотчас же приступил к объяснениям. Ада была бедной родственницей миссис Денкер, эксцентричной старой девой, которую в отчетах о судебном процессе обычно именовали «старой Адой Густафсон». Она появилась на сцене позднее, уже после того, как с большинством членов семьи Денкер было покончено. Ей давно перевалило за шестьдесят, но она была бодра и полна сил. Не имея пристанища под старость, она попросила миссис Денкер, свою дальнюю родственницу, приютить ее и отрабатывала свой хлеб, стряпая, убирая в доме, нянча четырех детей Бесси и даже работая в поле наравне с Августом и другими мужчинами. Ада отличалась зоркостью и приметливостью; пожалуй, в ее характере имелось немало общего с характером самой Бесси, и в конце концов пожилой даме суждено было стать для Бесси камнем преткновения и орудием возмездия. Ада исподтишка наблюдала за всем, что происходило на ферме, цинично закатывая глаза и выпячивая сморщенные губы. Долгое время она ничего никому не говорила, однако завела привычку следить за кузиной Бесси и задумчиво кивать, точно выверяя впечатление, которое уже сложилось у нее о миссис Денкер. Именно за убийство кузины Ады Густафсон, а не за другие преступления, доказать которые было гораздо труднее, миссис Денкер в конце концов судили и казнили.