Книга Стань светом в темном море. Том 4, страница 204 – Softcoral

В воздухе резко запахло апельсинами, и в кинотеатре вспыхнул ослепительный свет. Я зажмурился, потом открыл глаза и понял, что сижу, привалившись к стене лифта. Похоже, я отключился на несколько минут. Боль, до этого будто приглушенная, вернулась с удвоенной силой – левую руку жгло так, словно ее сунули в открытое пламя.

Зрелище, представшее передо мной, было чудовищным. Пол, стены – все было залито кровью. Кабина лифта выглядела как логово серийного убийцы.

И единственным человеком, который еще стоял на ногах, была Пэк Эён. Она уже успела заткнуть тот самый злополучный топор себе за пояс и теперь стремительно направлялась ко мне.

— Куда вы ранены?

Я молча поднял левую руку, кое-как замотанную футболкой. Казалось, стоит мне открыть рот, и я завою от боли.

В полумраке я заметил, что Эён уже успела перетянуть голову и простреленную ногу Дженнифер какими-то лоскутами ткани, наспех остановив кровотечение.

Эён быстро осмотрела мою рану и перевязала заново – гораздо профессиональнее, чем я смог сделать это одной рукой. Потом достала из кармана небольшой пластиковый пакетик и принялась буквально ползать по залитому кровью полу лифта, внимательно осматривая каждый сантиметр.

В голове вспыхнула догадка, от которой внутри все похолодело, и я отвел взгляд. Смотреть не хотелось.

Вскоре Эён вернулась ко мне и аккуратно привязала пакетик к моему правому запястью.

Внутри были пальцы.

— Нужно как можно быстрее в больницу. Я все собрала. Все будет в порядке. Слышите? Все нормально.

Ничего не было нормально. Вообще ничего. Но я лишь молча кивнул – боялся, что, если скажу хоть слово, из меня вместо звука вырвется один сплошной вой.

При свете дня (или, точнее, ламп лифта) стало видно, что лицо Хейли превратилось в кровавое месиво. Пэк Эён била прицельно: больше всего досталось носу и челюсти. Судя по многочисленным отпечаткам подошв на одежде Хейли, их план был прост: она должна была удерживать Эён, пока Дженнифер расправляется со мной.

В результате вышло паршиво. Трое раненых, и только чудом ни один из нас не погиб. Видимо, всех до сих пор держал адреналин, потому что, несмотря на кровь и увечья, никто еще не впал в болевой ступор.

И вдруг…

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!

Пронзительный вопль донесся из угла лифта. Я дернулся и обернулся.

Дана, вскочив на ноги, исступленно пинала лежащую на полу Дженнифер. Она раз за разом била по ногам, по простреленной голени. Дженнифер хрипела, сдавленно стонала.

— Это все из-за тебя! Из-за тебя я пострадала! Ты вообще понимаешь, что наделала?!

Только сейчас я заметил, что Дана судорожно сжимает свое правое плечо. Ткань там потемнела и пропиталась кровью. Похоже, в кромешной темноте топор Дженнифер задел и ее, но она почувствовала это только сейчас, когда шок отпустил.

Если бы каждый, кого здесь задело топором, принялся пинать Дженнифер, от нее мокрого места не осталось бы. Я крикнул Дане, чтобы она прекратила, но та, будто ослепнув от ярости, продолжала остервенело бить Дженнифер ногами.

С видом человека, у которого закончилось всякое терпение, Эён вскинула винтовку и навела ствол на Дану:

— А ну, села на место! Живо! Пока я и в тебя пулю не всадила!

Только этот ледяной окрик привел Дану в чувство. Она замерла и, перестав избивать Дженнифер, бессильно сползла на пол прямо там, где стояла.