Книга Шпионское грузило, страница 112 – Лен Дейтон

Напротив Штиннеса расположилась высокая живая женщина, уроженка Ямайки, которой было далеко за двадцать. Ее шубка из искусственного меха под леопарда была небрежно брошена на кресло, на ней был облегающий белый свитер и красные брючки. Она сидела, играя с краснобоким яблоком: перекатывала его по столу из руки в руку. Миранда взглянула на черную девушку: даже если не обращать внимания на ее одежду и макияж, в манере ее поведения было что-то, сразу выдававшее ее западное происхождение.

Москвин, который находился в постоянном нервногневном возбуждении, посмотрел на Миранду и сказал:

— Расскажи-ка мне о ней. — У него был хриплый голос, как у человека, который часто привык его повышать.

— Я уже все рассказала, — тихо произнесла Миранда, стоявшая у другого конца стола. Отказавшись сесть, она решила, что не позволит ему унижать себя. Ей уже доводилось видеть русских подобного типа, причем немало.

— Так расскажи еще разок, черт бы тебя побрал. — Он невидящим взглядом уставился на изображение дискоболки.

Миранда заговорила, обращаясь к его спине.

— Фрау Сэмсон на дюйм или около того выше меня. У нее длинные ноги.

Не поворачиваясь, он сказал:

— Это не важно.

— Вы ничего не понимаете. — Теперь Миранда могла проявить к нему презрение, почувствовав под ногами твердую почву своей компетенции. — Если мне придется имитировать ее походку, то это очень важно.

Черная девушка с хрустом откусила кусок яблока. Москвин посмотрел на нее, она улыбнулась. Москвин знал, что они обе его недолюбливали. Всю жизнь он прожил в атмосфере враждебности, поэтому теперь она его не беспокоила.

— Мы все организуем так, что тебе не придется имитировать ее походку, — бросил Москвин, не сводя глаз с черной девушки. Повернувшись, он уставился на Миранду. — Ты сможешь говорить ее голосом?

— Интонации у нее мягкие и спокойные, — сказала Миранда.

Черная девушка откусила еще кусок яблока.

— Засохни, — сказал Москвин.

— Да мне жрать охота, парень, — ответила она.

Москвин подошел к столу и щелкнул клавишей диктофона. Из него послышался голос Фионы: «Имя приятное» (пауза). «Вы были актрисой в Англии?» (Пауза.) «И он привез вас в Берлин?» (Пауза.) «О, прошу прощения!» (Пауза.) «Чем занимался ваш муж?»

Москвин выключил аппарат.

— Теперь ты, — приказал он.

Помявшись несколько секунд, Миранда подтянулась и застыла в таком положении, после чего, сложив руки, словно собиралась запеть, повторила те же слова: «Имя приятное». Она перевела дыхание. «Вы были актрисой в Англии?» Облизав губы и наконец полностью овладев собой, она без пауз выдала три последние фразы: «И он привез вас в Берлин? О, прошу прощения. Чем занимался ваш муж?» Тут она позволила себе улыбнуться. Представление произвело впечатление, и она это видела. Порой она ловила себя на том, что невольно подражает голосам людей, с которыми говорит, из-за чего, случалось, у нее возникали неприятности.

— Отлично, — сказал Москвин.

— Просто выдающийся успех, — подтвердил Штиннес. Черная девушка неслышно похлопала в ладоши. Миранда так и не могла понять, относится ли враждебность девушки только к Москвину или ко всем.

— Но смогла бы ты это сделать, не будь у тебя записи для страховки? — спросил Москвин.

— Мне было бы необходимо еще раз увидеть ее.