Книга Преданная, страница 2 – Мария Акулова

— Ну что ж… Бывает. Может правда лучше бы минетами попробовали.

Салманов хмыкает. Я — в ответ.

В кабинете вполне может стоять прослушка. Я в принципе живу с осознанием, что каждое мое слово могут услышать и применить против меня. Научился ходить по грани без завалов.

Но крыса — это чуть другое. Крыса — это о преданности и предательстве. Моих триггерах.

Крыса-то кто, Слав?

Делаю новую затяжку. Выпускаю дым, подняв голову.

Сглатываю, кадык дергается. Взгляд слетает к двери.

После трех дробных ударов она медленно открывается.

В кабинет мышкой юркает моя новая помощница. Милая девушка Юля. Двадцать два. Лучшая студентка своего курса. Честная. Вроде бы. Умная. Вроде бы.

Понравилась мне… Сильно.

Она держит в руках поднос с кофе и идет к столу, потупив глаза.

Салманов сканирует ее взглядом, а я начинаю вспоминать, как так получилось, что я ее взял…

Крыса-то кто, Слав? Думай, кто крыса.

_____________________________

Друзья, приветствую в новинке!

Это будет история судьи и его помощницы.

18+, много эротики, яркие чувства и острые сцены

Добавляйте книгу в библиотеку!

За месяц до событий пролога

Юля

— Берёзина, ты сейчас об Тарнавского глаза сломаешь, а Смолина заснет вообще, — однокурсник-Пашка произносит, интимно склонившись к моему уху. Я фыркаю и закатываю глаза.

Поворачиваюсь к парню и в унисон с подругой-Лизой Смолиной шипим:

— БерезинА, а не БерЁзина! СмолинА, а не СмОлина!

Пашка смеется и машет на нас рукой, отсаживаясь дальше на аудиторной лавке, Лиза снова устраивает голову на моем плече (у подруги выдалась бессонная ночка, теперь досыпает на парах). Не из-за учебы, конечно же, хотя и сессия на носу. А я возвращаюсь к Тарнавскому.

Судья хозяйственного суда читает у нас спецкурс длиной в один семестр. Сегодня последняя пара. И да, я действительно стерла о него все глаза.

Да и не только я.

Он молод, как для своей должности. Если не ошибаюсь, ему тридцать три. Поговаривают, направление в хозяйственный он получил не просто так, а под негласные обязательства, но я не верю.

Просто он невероятно умный. Смелый. Честный. А еще справедливый.

По нему вздыхает половина курса, но Пашка доебывается почему-то именно ко мне. Видимо, глаза стирать я должна об него, но как-то не тянет.

Формально Тарнавский читает у нас судейскую этику. Фактически — делится тем, что обрел в практике. И что пригодится после выпуска нам.

Он начинал, как помощник адвоката, потом занимался правовой помощью. В частностью — безоплатной, которую государство гарантирует каждому. Только не каждому в защитники попадается такой, как Тарнавский. Я знаю все это потому, что моему брату когда-то повезло.

Но это было сто лет назад. Уверена, Вячеслав не помнит ни того дела, ни меня. Не подозревает, что я пошла учиться на юриста из-за него.

Тем более не подозревает, как жадно слушаю каждое слово. И как на сердце тяжело, что скоро у меня не будет повода впитывать его голос кожей. Впереди сессия и всё.

Пиджак Вячеслава сложен и переброшен через спинку стула, который он за все девяносто минут пары даже не отодвигал. Основания ладоней устроены на столе, на который он присел в расслабленной позе. Пальцы перебирают по дереву, а я почему-то представляю гитару. Или женское тело. Смаргиваю.

Он очень деятельный. Совсем не формалист. Я бы даже сказала… Дерзкий.