Онлайн книга «Преданная»
|
— Да. У меня ничего не получается. Вы же сами видите. Тарнавский дает мне какую-то бестолковую работу. Не пускает никуда. Не делится. Когда разговаривает по телефону — выставляет из кабинета. Он мне… Не доверяет. Я ему не нравлюсь. Выпалив, раз за разом повторяю про себя просьбу к Смолину: прислушаться. Его взгляд все так же не читаем. А у меня, как назло, почему-то даже глаза не мокнут. Хотя кто мне сказал, что способна вызвать жалость? — Не доверяет, но до поздней ночи на работе держит, — мужчина проговаривает скорее себе, чем мне. Хочу спорить. Еле держусь. Сжимаю кончик языка зубами. Давлю сильно-сильно. Почувствовав острую вспышку боли — приоткрываю губы и выдыхаю. Тишина становится еще более ощутимой. Взгляд мужчины преображается. Изменения минимальны, но они пробираются под одежду, кожу и текут по венам парализующим волю морозом. Я не хочу слышать, что он скажет. — Увольняться никто не будет, Юля. Поздно. А вот начать работать придется. На тебя сделали ставку серьезные люди. — Я не… — Ш-ш-ш… — палец Смолина перемещается к моим губам. Подушечка давит сразу на обе. Я смыкаю их, но успеваю почувствовать солоноватый вкус. Пульс частит. Палец продолжает движение: обводит контур. Снова поддевает подбородок и заставляет вздернуть его выше. — Я очень хотел, чтобы мы с тобой с полуслова друг друга понимали, малыш. Я настроен на позитив, поверь. Нравишься мне. Но если с тобой не работает положительная мотивация… — Со мной р-работает… — Выталкиваю из себя, получая в ответ снисходительную улыбку. — Вот и славно. Я просто очерчу… И он очерчивает. Шею. Подбородок. Скулу. Снова губы. А я даже попросить этого не делать не могу. — Давай представим, Юль… Есть девушка… Хорошая. Умненькая. Красивенькая. Располагающая. Которая берет на себя обязательства. Берет бонусы. А работу… Не делает. Внутри я кручу: я ничего на себя не брала!!! Я верну!!! Возьмите!!! Внешне — подрагиваю. — На отъебись у нас не выйдет, Юль. Знаешь, что может случиться с девушкой, если она не начнет исполнять маленькие поручения? Не знаю. И знать не хочу. Ни слышать, ни осознавать, что мне не снится. — У ее подруги из комнаты пропадет ювелирный гарнитур. Дорогой, зайка. На крупную уголовку хватит. Его найдут у милой малышки. Окажется, завистливая была… Я дрожу, а тем временем Смолин отрывает руку и жмет на подлокотник. Крышки поднимаются. Оттуда он достает ключи. Звенит ими. Я не знаю, что сказать. — Наркотики еще могут найти. Кому оно надо, скажи? В конце концов, вечером вот так просто девушка по улице идет, а сзади… — Зачем вы… Руслан Викторович улыбается и прячет назад ключи, слишком сильно напоминающие те, которые я не успела достать из сумки. Я считала свою квартиру безопасным пространством… Дура. — Всякое бывает, Юль. Пугать не хочу, дай бог обойдется без этого. Но работать надо, понимаешь? Работать, малыш. В моменте мне хочется умереть, а не работать. Мягко стеливший «работодатель» открывает передо мной свое истинное лицо, и я даже не могу сказать, что поражена. Все так… Ожидаемо. — Он ничем со мной не делится. Понимаете? — Повторяю свою ложь, ища мужской взгляд. Смолин хмурится и вот теперь позволяет пробиться недовольству. Немного двигается на кресле. Смотрит в лобовое, потом на меня. |