Книга Дух Офуми, страница 52 – Окамото Кидо

В доме «Цу-но-куния» Модзихару осыпали благодарностями за спасение дочери. Но едва суета немного улеглась, она поспешила известить о случившемся еще одного человека – Цунэкити.

— До вас, господин, вести о смерти всё равно дойдут, – промолвила она, когда он явился на зов, – но я рассудила, что лучше вам знать об этом первому.

— Ваша правда. Вы оказали мне неоценимую услугу, – отозвался сыщик, тотчас собираясь в путь. – Чувствую, что клубок этот почти распутан. Позже я непременно отблагодарю вас как должно.

Ночь и дождь, тени прошлого и липкий страх – всё это в тот миг отступило для Модзихару на задний план. В ней даже проснулось странное, неведомое прежде любопытство: ей хотелось самой увидеть, к чему приведет эта нить.

Цунэкити немедля отправился в «Цу-но-кунию» и, как только Юкити немного окреп, велел отвести его в квартальную сторожку для допроса.

— Ну, парень, наделал ты дел, – начал он негромко. – Но, если рассудить по чести, ты спас дочь хозяев от верной гибели. За такое усердие тебя, возможно, ждет награда. Скажи мне лишь одно: как ты прознал, что Тётаро увел её под угрозой ножа? Ты видел это сам?

— Видел, – едва слышно отозвался Юкити. – Я видел, как он приставил сталь к горлу О-Юки-сан и потащил её во мрак.

— Хорошо. Но вот что не дает мне покоя. Отчего ты не позвал на помощь? Почему сам схватил кухонный нож и бросился следом в одиночку?

Юкити хранил угрюмое молчание.

— В этом вопросе кроется самая суть, – мягко продолжал Цунэкити. – От твоего ответа зависит, останешься ты в глазах людей героем или сам станешь преступником. Говори же правду.

Юкити вновь не проронил ни слова. Тогда Цунэкити наклонился к самому его уху и прошептал:

— Позволь мне сказать за тебя. Ты не просто хотел вызволить девушку. В сердце твоем жила лютая ненависть к Тётаро. Ты искал случая, чтобы покончить с ним. Не так ли?

— Виноват… – прошептал мальчик и низко склонил голову.

— Так. Но за что же ты так возненавидел его?

— Мне чудилось… я был уверен, что это он убийца. Что это он лишил жизни Кимбэя-сан…

— Убийца Кимбэя? Стало быть, ты считал, что Тётаро расправился с приказчиком?

— Да… я не мог думать иначе.

— На чем же строились твои подозрения?

Юкити признался, что явных улик у него не было. Но с самого первого дня он не мог поверить в добровольную смерть Кимбэя. Кимбэй был его родственником, и мальчик твердо знал: тот не мог совершить столь бесчестный поступок. Когда тела обнаружили, Юкити закралась мысль, что Кимбэя сперва лишили дыхания, а лишь после подстроили всё так, будто он сам накинул на шею петлю. О своих догадках он помалкивал, но за Тётаро следил неотступно.

— Отчего же твой взор пал именно на него?

Юкити объяснил: накануне той страшной ночи Тётаро позволил себе непристойную шутку в присутствии О-Юки. Кимбэй, сидевший за конторкой, сурово одернул его. Тётаро смолчал, но, уходя, бросил на старшего такой взгляд, что Юкити запомнил его навсегда. С того мига он понял: этот человек затаил в душе черную злобу. И сегодня, увидев, как Тётаро силой уводит О-Юки, мальчик не выдержал. Он решил: либо спасет госпожу, либо погибнет сам, но Тётаро не уйдет от возмездия.

— Что ж, – произнес Цунэкити. – Для начала этого достаточно. Залечивай раны и жди решения властей. Но запомни: больше не смей вершить суд самовольно. Если у Кимбэя и остались враги, я сам найду их и призову к ответу.